– Откуда в городе такая туча панов? От Варшавы далеко, что они все тут делают?"

"– Ну, отцов выселили сюда после восстания шестьдесят третьего года. Теперь здесь дети и внуки сосланных. Прижились, черти суконные, и обратно на родину не хотят.

– Значит, нет никаких подсказок?

– Никаких, – начальник особого отдела по полицейской части развел руками. – Те, на которых я надеялся, все под лупой. Их почту я смотрю. Но там одна ерунда. Если и ведут паны какие-то дела с жуликами из казначейства, то через других людей. И мне эти люди неизвестны.

– Понял, – сник питерец. – Тогда вот что, Карл Федорович. Хочу я подсунуть в упомянутое вами казначейство соглядатая. Детали мы обсудим с полицмейстером. Когда все продумаем, придем к вам. Вы не против?

– Я за, иначе и быть не может, – с энтузиазмом ответил Трембель. – Но кого подсунете? Тифлис не настолько велик, чтобы отыскался в нем подходящий для агентурной операции человек.

– Мы поищем, – уклончиво ответил сыщик.

– Требуется слишком много качеств. Чтобы был наш, а не с улицы. Чтобы финансист, а не сапожник. Чтобы имелось место, и не сторожа, а поближе к деньгам. Чтобы взяли по рекомендации, которая не вызовет подозрений. Невозможно! Ведь если вы правы и в казначействе все прогнило, там целое гнездо жуликов. Чужого они не пустят.

– Мы думаем над этим.

– Ну, бог в помощь, – уже без всякого энтузиазма завершил беседу статский советник. – Жду вас, когда будете готовы.

Питерец отправился к Ковалеву. Тот выглядел обеспокоенным: что нового потребует командированный? Полиция неделю отбарабанила в усиленном режиме, люди с ног валятся. Правда, в городе стало чище. После смерти Безвуглого вся шушера притихла: за последние три дня ни одного серьезного преступления. Может, следует время от времени убивать кого-то из фартовых? И тогда наступит успокоение?

– Георгий Самойлович, – начал сыщик, – я тут подумал… Надо начинать все заново. И хватит ловить поставщиков, давайте возьмемся за сам механизм.

– Какой механизм? – опешил полицмейстер.

– Ну, где все деньги крутятся? Где идет подмена?

– В казначействе.

– Вот! Не пора ли завести там свои глаза и уши?

– Хм… – Ковалев задумался. – Здравая мысль. Козюлькин в отпуске. Его обязанности исполняет старший кассир Гонзаго-Павлючинский. Он если и в доле, то теперь настороже. Как мы его завербуем?

– Мы не станем его вербовать. Если Гонзаго – агент «постирочной», это нам ничего не даст. Надо внедрить туда своего человека.

Полицмейстер замахал руками и высказал те же опасения, что и Трембель. Места свободного в казначействе нет, человека с опытом нет, подходящего рекомендателя тоже нет. На это сыщик просто сказал:

– А вы подумайте как следует.

Два коллежских советника отправились думать подальше от кабинетов.