— Очень осторожно, — сухо ответил я на последний вопрос, стараясь не горячиться раньше времени. Меня ведь всё-таки сразу предупреждали, что это человек с непростым характером.

На мгновение мне показалось, что мой намёк дошёл до него. Потапенко поднял бровь, словно обдумывая мои слова, но затем лишь пожал плечами и продолжил в том же духе.

— Понятно. Значит, вы не удосужились подготовиться к встрече. Выходит, я зря потратил своё время, — проворчал он, когда официант вернулся с вином и меню.

Не обращая внимания на предложенную карту блюд, Потапенко начал делать заказ, словно уже знал всё меню наизусть.

— Мне карпаччо из говядины на закуску, затем стейк с кровью, гарнир не нужен. И десерт — тирамису. Ах да, и бутылку минеральной воды без газа.

Официант быстро записал его пожелания и повернулся ко мне.

— Для меня — ещё один стакан воды с лимоном, — произнёс я, приняв решение не портить себе вечер ужином с этим человеком.

Когда официант удалился, я перевёл взгляд на Потапенко, который уже наливал себе вино, не обращая на меня особого внимания.

— Вы, похоже, не привыкли к деловым встречам, — заметил я, стараясь сохранить нейтральный тон, и едва хотел было что-то продолжить, как собеседник сделал это за меня.

— Я привык работать с теми, кто ценит моё время и профессионализм, — поднимая взгляд, неприятно усмехнулся он. — А когда клиент не готов предоставить необходимую информацию, это вызывает у меня определённые сомнения в серьёзности его намерений.

Я почувствовал, как во мне закипает раздражение. Возможно, мастеровой по-своему и был прав, но тон и манера общения… Его высокомерие и откровенное неуважение переходили все границы.

В голове было ещё много разных эмоций и мыслей о сидевшем напротив человеке, а также самих Меншиковых, которые, очевидно, позволяют ему так себя вести, но я отмахнулся от всего этого и решил завершить встречу.

— Благодарю за ваше время, господин Потапенко, — безэмоционально произнёс я, поднимаясь из-за стола. — Не смею вас более задерживать."

"Мастеровой лишь пожал плечами, сделав вид, что мои слова его не задели.

— Ваше дело, — буркнул он, принимаясь за закуску, которую ему уже успели подать.

Я развернулся и направился к выходу, одновременно мысленно обращаясь к Аластору:

«Доверяю работу с ним тебе.

Калечить и убивать нельзя. И расплатись за его заказ.».

Мир вокруг слегка дрогнул, и ресторан остался позади. Я оказался в гостиной своего дома — просторной, светлой комнате с высокими потолками, где мягкий свет ламп сочетался с тёплым блеском полированного дерева. Виктория сидела в кресле у камина, погружённая в чтение книги с золотым тиснением на переплёте.

Услышав мои шаги, сестра подняла голову и приветливо улыбнулась.