Ну, перепутал он заказ, ну, стал спорить… И что? Нужно было на него орать? Выходит, Светка права. Я не в себе.

– Оу, черт! – глаза Ольги становятся огромными от испуга.

– Что такое? – я начинаю оборачиваться.

– Нет-нет, только не смотри за спину! Там… – Ольга делает театральную паузу.

– Неужто Гарипов? – догадываюсь я, ну, а что? На кого бы еще она могла так отреагировать?

– Да. И… Послушай, мы не хотели тебе говорить… – Ольга обводит виноватым взглядом собравшихся за столом друзей, будто ищет у них поддержки. Я напрягаюсь. Сглатываю вязкую слюну.

– Не хотела говорить что?

– В общем, он с одной девочкой встречается. И Люська… Помнишь, с нами училась такая худенькая? Марьянова, кажется? Так вот она же медсестра в медицинском центре и…

– Ты выскажешься, наконец? – изображаю нетерпеливое равнодушие.

– Короче, эта барышня, похоже, беременна. Твой мудак скоро станет отцом.

– Ну, станет и станет, – веду плечом. – Ты же не думаешь, что меня это волнует?

– Накостылять бы ему, – мечтательно тянет Пашка, избавляя Ольгу от необходимости отвечать. Та только виновато отводит глаза. Лишний раз подтверждая, что так они все и думают. Может, даже меня жалеют. С них станется.

Это выше моих сил. Я выхожу из-за стола.

– Дина…

– Я на пару минут. Только припудрю носик.

Мне нужно как-то это все уложить в голове. Гарипов… станет отцом. Он встречается с какой-то девочкой… Наверняка молоденькой. Такому, как Рустам, нетрудно вскружить голову кому угодно. Может быть, эта девочка нравится его маме. И они счастливы, что тот, наконец, нашел кого-то… подходящего. А не разваливающую на части тетку вроде меня. Люди-то они хорошие, но есть же предел…

Я горько улыбаюсь. И краем глаза замечаю, как, усадив ту самую девушку за столик, Гарипов устремляется вслед за мной. Нет-нет, я сейчас этого не выдержу. Вцеплюсь ему в лицо и… Я не успеваю придумать, что именно я бы сделала, потому что в беспамятстве натыкаюсь на препятствие. Вскидываю взгляд. Понимаю, что передо мной Федор. И не давая себе ни секунды на то, чтобы передумать, привстаю на цыпочки, зарываюсь пальцами в его волосы и жадно целую.

ГЛАВА 3

Федор

Я открываю рот, чтобы возмутиться. Послать избалованную сучку по известному адресу и сплюнуть чужой ненавистный вкус. Но вместо этого лишь помогаю ей углубить поцелуй и совсем уж неожиданно на него реагирую. Кровь отливает от головы и устремляется в известном направлении. Туда, где, как я полагал, все давно уже атрофировалось за ненадобностью.

Твою мать. Твою мать… Да чтоб тебя!"

"Мне нужен кислород. Нужно вымарать из памяти последние секунды. Стереть ощущение не тех губ… шершавых, обветренных, тонких. Вдохнуть что-то кроме ее терпкого аромата, навязчиво оседающего на моих воспаленных рецепторах.

Избавиться от неё.