Мы не можем с тобой знать, сколько нам еще осталось прожить на этом свете. Я не ставлю тебе ультиматумов, прекрасно понимая, что ты вынуждена сделать совсем непростой выбор. Аннушка, я предлагаю тебе попытаться, попробовать пожить нам вместе, бок о бок. Слава Богу, сейчас не те времена, и своим переездом ко мне ты никого не удивишь и не вызовешь чьего-либо осуждения.

– Просто пожить? – этот вопрос вырвался тогда у Анны сам собой. И она совсем другой смысл закладывала в него, но Денис понял его по-своему:

– А ты хочешь стать моей женой?

– Денис, я не это имела ввиду.

– Так хочешь или нет?

– Нет.

– Что ж, хотя бы честно!

– Денис!

Он ничего не ответил, лишь отвернулся. Анна вздохнула и стала одеваться, он, услышав это, казалось, не удивился, но и не стал отговаривать ее уходить.

В тот вечер, точнее, почти уже утро, они поругались. Хотя нет, не поругались. Всего лишь не услышали друг друга. Не поняли.

Денис проводил ее до входа в главный корпус. Пока шли до корпуса, в котором жила Анна, молчали оба. Анна сама попросила его не заходить внутрь здания. За стойкой администраторов парень с девушкой не спали, им было не положено. Зачем им было видеть, кто и кого провожает в ночи.

Глупо? Может быть. И так все, кому это было интересно, уже видели Анну и Дениса вместе.

Анна и до главного корпуса, где был ее номер, могла бы дойти одна, территория санатория была закрытой, но Денис не позволил. Сказав коротко:

– Анна, это не обсуждается.

А за завтраком его уже не было. Улетел. Вызвали на работу. Не дав догулять ему всего два дня.

По злой иронии именно этих двух дней им и не хватило.

Или все-таки хватило?

Да, определенно хватило. Зачем рвать друг другу душу, когда они уже приняли решение. Каждый, и свое.

Два последних дня у Анны уже почти не было процедур, так что она спокойно собирала чемодан, покупала подарки своей семье, и, конечно, Ольге с Савелием. Вечером забрала документы на выписку, сдала номер, как того требовали правила проживания в санатории, и уехала в аэропорт. Ее самолет вылетал ночью, но Анна выехала из санатория гораздо раньше. Сидеть в тишине номера, ставшего вдруг чужим, ей не хотелось, и она решила, что уж лучше она будет ждать вылета в суете аэропорта.

Спустя 4 часа прошла регистрацию на рейс, написала дочери уже сидя в самолете: «Вылетаю! Буду дома в 11 утра» и, выключив телефон, откинулась на спинку сиденья.

– Вот и закончился отпуск. Пора домой, к семье, к детям, – проговорила она едва слышно, глядя в иллюминатор на взлетную полосу.

В тот момент Анна еще не могла знать того, что ее взрослые дети, оставшись дома всего на три недели одни, без ее опеки, стали наконец самостоятельными и научились справляться со своими проблемами сами.