И ничего, что их всего тридцать, зато свои!

– Бабуль, ты как? – присел внук на корточки рядом со мной.

– Данюш, все нормально, я не Гринпис, от экспериментов на живом материале сильно не страдаю. Как-нибудь сдюжу. Сейчас самое главное – это то, что мы давно не ели.

Внук отправился выяснять, что там с пропитанием. Недалеко крутилась разношерстная компания. Я начинаю себя неуютно чувствовать под легкой простынкой, все же стара я уже для таких приключений. Единственное, чего я действительно хочу, – это здоровый сон в родной кровати, но, судя по всему, не судьба.

– Еще раз меня Данюшей назовешь, я тебе зубы выбью.

Ты по жизни труднопроходимый или после пережитого тормозишь? Мне тебе сколько раз объяснять, что меня Даном зовут? – слышу тихий рык невдалеке.

Опять я в свои думы погрузилась и что-то интересное пропустила. Перевожу взгляд в ту сторону. У самой кромки поляны, вдалеке от основного лагеря, за моей спиной стояли внук и молодой человек из компании новых знакомых. Дан выглядел спокойным, даже насмешливым, его оппонент же был раздражен, хоть и пытался состроить ироничную рожицу.

– Но твоя бабка тебя именно так называет.

Данюша. Как мило, – глумился парень. – Особенно для того, кто так легко разрушил замок.

Ой, бедненький, ни мозгов, ни воспитания. Теперь еще и со сломанными ребрами, ну или просто с гематомами по телу. Внук терпеть не может, когда кто-то на мой счет при нем проезжается, но еще больше он не любит глупых людей. Насколько знаю Дана, парню было в доступной форме объяснено, почему и как его не стоит называть, но видно, что с первых двух раз до юноши не дошло. И вот теперь мой потомок методично посылает свои кулаки в торс недогадливого, а кулаки у внука будь здоров, между прочим.

Да и годы посещения секции бокса о себе дают знать.

Начавшуюся потасовку заметили остальные. Не то чтобы они спешили разнимать драчунов, но и восторга от происходящего явно не испытывали, вон как бородач набычился.

– Так меня, – удар, – может называть только бабуля, – пыхтел внук, избивая парня. – А ее ты будешь звать Ирма Львовна. Повтори.

Нельзя сказать, что парнишка был настолько плох. Он успешно прошелся по физиономии Дана пару раз, тем самым еще больше того взбесив. Внук ненавидел, когда к его лицу прикасались.

О, а вот этот блок, поставленный противником любимого потомка, был весьма неплох. Ах, юность. Где мои семнадцать лет? Далеко.

– Данюш, у него левый хук[2] хромает! И опасайся джэба[3]! – решила я повеселиться, заодно блесну знаниями приемов бокса. – Молодой человек! Да-да, это я вам! Я вам советую провести кросс[4]. Как, вы не знаете что это такое? Уворачивайтесь! Вправо! Вправо, я сказала! У Дана правая рука повреждена! А теперь встречный удар из-под руки! Отлично!

– Ба! – возмущается внук.