— Или передумала?

— Думаешь, я могу передумать?

— У баб всегда семь пятниц на неделе, — усмехнулся Пилюгин. — Сегодня — убью, завтра — люблю.

— Я — другая баба. Я на всех не похожа.

В коридоре столпились уже человек семь сотрудников райотдела. Курили и молчали. Здесь же стояли и освобожденные заложники.

— Тихо чего-то…

— Разговаривают, — прислонив ухо к двери, ответил Тимонин.

— Это хорошо. Может, теперь не выстрелит? — спросил Ляпунов.

— Она один раз уже выстрелила, — сказал Тулегенов.

— Ну, тогда — сразу, неожиданно, а раз начали говорить, то выстрелить уже труднее… особенно бабе.

— Она не баба — ведьма, — сказал Тимонин.

— Что, правда такая свирепая?

— Хуже зверя, — ответил Тулегенов.

— Чисто отмороженная, — добавил Голубев. — Интересно, где она нитроглицерин достала? В наше время вещь редкая.

— В наше время что хочешь достать можно, — ответил Ляпунов. — Между прочим, для малограмотных — разрушительная сила в четыре раза сильнее тротила и в два раза сильнее гексогена — наш этаж на куски разнесет.

— А чего мы тогда тут торчим? — спросил дежурный лейтенант.

— Уйти хочешь? — глянул на него Тулегенов. — Уходи.

— Не, мужики, она же сказала: если Пилюгин придет — взрывать не будет, — сказал Голубев. — Только Пилюгина кончит.

— Это намного лучше, да?

— Теоретически, конечно, гибель одного лучше, чем гибель многих, — с сарказмом произнес Ляпунов.

— Да еще разрушение целого здания — это же какие убытки для МВД, — покачал головой дежурный.

— За убытки МВД переживаешь? — следователь засмеялся.

— Между прочим, одного уже увезли, — сказал Тимонин. — Уже забыли?

— Выживет… рана сквозная, сердце не задето… — неуверенно сказал Голубев.

— Если Деревянко умрет, я ее, суку паршивую… — скрипнул зубами Тулегенов.

— А ей теперь до фонаря — умрет Деревянко или не умрет. Она себе уже срок заработала.

— Да я не к тому сказал, — смутился Голубев. — Я к тому, что взрыва, может, не будет.

Тулегенов опять прислонил ухо к двери:

— Не слышно… тихо разговаривают… А может, не разговаривают?

— Что они тогда делают, хотел бы я знать? — спросил Ляпунов.

— Сейчас спецназ прибудет, — посмотрев на часы, сказал дежурный.

— А на хрен они тут нужны? — спросил Тулегенов. — Пыль поднимать? Тут одно неосторожное движение — и эта припадочная точно взорвет нас всех.

— Я обязан был вызвать, — сказал дежурный.

— Ох, и позорить нас будут, — пробормотал Голубев. — На всю Москву. Оперов убойного отдела прямо на их рабочем месте баба в заложники взяла — страшная народная сказка…

— И на старуху бывает проруха, — сказал следователь.

Галка и Витька по-прежнему сидели в машине и смотрели на подъезд райотдела милиции.