И тем не менее, подсудимая категорически отказалась даже описать его, помочь составить фоторобот… Мне кажется, тут раскаянием и не пахнет.

— Нет, нет, она раскаялась, — поспешно перебил Пилюгин и повторил: — Она искренне раскаялась.

— Но ваши утверждения ни на чем не основываются, кроме… Впрочем, ладно, не буду, — прокурор с хитрой улыбкой развел руками. — У меня больше нет вопросов, ваша честь.

— Свидетель, вы свободны, — сказала Алевтина Петровна. — Можете занять свое место в зале. Кто там следующий?

Малыш в шерстяном комбинезончике сидел на коленях у Галки и энергично сосал из бутылочки с питательной смесью. Пухлые щечки ходили ходуном, а выпученные глазки были полны блаженства.

— Смотри, все сожрал, — сказала Галка с улыбкой. — Вот это аппетит!

Витька присел рядом на кровать.

— Может, позвонишь отцу?

— Зачем? — спросила Галка.

— Ну, как там суд идет? Или уже кончился?

— Когда кончится, папка сам позвонит. И тетя Полина позвонит. Не психуй ты, Витька, все будет нормально. Они скоро приедут! Папка сказал, тете Полине срок условный дадут.

— Он-то откуда знает? — недоверчиво посмотрел на нее Витька.

— А он с судьей разговаривал. Она ему обещала. Так что сиди и не дергайся — все будет хорошо.

— Сейчас с Мишенькой гулять пойдем, а там и папка приедет.

Голос судьи Блинковой гремел на весь зал:

— …Приговорить к четырем годам заключения в колонии строгого режима. Приговор вступает в силу с момента оглашения. Подсудимую заключить под стражу с момента оглашения приговора. Приговор может быть обжалован в вышестоящей судебной инстанции в течение десяти дней.

Пилюгин стоял, словно оглушенный. Когда Блинкова произнесла «приговорить к четырем годам заключения в колонии строгого режима», он вздрогнул, ему показалось, что он ослышался. Майор вскинул голову, вопросительно посмотрел на судью, но Алевтина Петровна ледяным голосом дочитала приговор, захлопнула папку, зыркнула в сторону Пилюгина и покинула зал.

Полина вышла из клетки, и милиционер надел ей наручники. Пилюгин встретился с ней взглядом, ему показалось, что она что-то тихо произнесла, но он не услышал — застыл, как пришибленный, и не мог шевельнуться. За спиной раздались голоса сослуживцев:

— Ну, и как это понимать? Она что, белены объелась?

— А что ты от нее хотел? Каменная баба! И так скажи спасибо — прокурор шесть лет требовал, а она только четыре дала.

— Да ведь все про условный срок говорили!

— Мало ли чего говорили…

— Да она сама Пилюгину условный обещала!

— Мало ли чего обещала… Михаил Геннадьевич, может, случилось что?

А Полину милиционеры уводили из зала. В дверях она обернулась, улыбнулась Пилюгину, и дверь за ней закрылась. Пилюгин издал горлом рыкающий звук и рванул к двери в судейскую комнату.