Сало, сыр, яблоки, конфеты – от этого изобилия у Вайса слегка закружилась голова. Шутка ли, пятнадцать суток на голодном пайке.

– Давай налегай, брат, – подбадривал его Клен.

– Налегай, – кивнул Кощей. – Только мечи пореже, а то кишки завернутся…

– Я в курсе.

– Как там в кондее?

– Лечебное голодание плюс паровая баня; думаю, килограмм десять сбросил. Причем бесплатно, – усмехнулся Вайс.

– Манал я такое голодание… Оборзели менты, пятнадцать суток за какой-то телефон…

– А за общак никому ничего не дали?

– Так менты нас и без того наказали, – нахмурился Кощей. – Без грева оставили.

Ничего святого…

– Говорят, ты меня гадом объявил.

– Я?! Тебя?! Тебя, часом, по голове не били?

– Не по голове, по ушам… Крылана ко мне подселили, он сказал, что ты гадом меня объявил. Из-за общака. Типа, я общак ментам сдал…

– Крылан? – пожал плечами Кощей.

– Нос большой, лицо вытянутое, собор на груди о двух куполах. Две ходки у него…

– Не знаю такого.

– По ходу, у него другое погоняло, – усмехнулся Вайс. – Точно, менты «наседку» подсунули…

Крылан, или кто-то под этой кличкой, нарочно втянул его в состояние конфликта с братвой, чтобы вывести его из равновесия.

Влез к Вайсу в доверие, попытался вытянуть его на откровенный разговор. Дескать, бабы его интересуют. Нет, это был всего лишь способ разговорить Вайса, узнать, каким конкретно бизнесом он владеет.

– Ты же вроде в сознанке, – вспомнил Клен.

– Да тут другое…

– Что, спалился?

– Да нет, нормально все…

Ведь он мог сдать Ульяна. Передал бы ему письмо на волю, и менты вышли бы на него. А там – дело техники…

Но ведь эту силовую технику можно применить и к Вайсу. Пугач – свой человек среди ментов, у него везде все схвачено.

Он пытался взять Вайса через «наседку», ничего этим не добился и теперь может устроить ему большое западло. Запрут его в пресс-хату, зажмут в тиски и все выпытают под страхом надругательства. Во всяком случае, попытаются зажать. И, возможно, эта попытка окажется для них удачной…

Глава 11

Вайс не обращал внимания на решетку, что разделяла пополам помещение для допросов. Главное, что между ним и Мариной исчезла вдруг стена отчуждения. Позавчера она еще пыталась обращаться к нему на «вы», а сегодня он слышит от нее только «ты».

Хотя брови она все еще хмурит.

– Это копия обвинительного заключения, здесь распишись в получении.

Сквозь специальное окошечко в решетчатой перегородке она передала ему листы бумаги, и Вайс мягко взял ее за руку.

– Не надо, – опустив глаза, сказала она. Но руку не одернула. И ресницы у нее взволнованно задрожали.

Он вдруг понял, что сейчас она может позволить ему все. Хоть юбку с нее снимай и к решетке прислоняй. Но если это случится, она его потом возненавидит… Во всяком случае, так ему казалось.