И с вами, Марина Германовна, могут поступить так же…

– Зачем кому-то меня убивать?

– Затем, чтобы подставить моих людей, которые остались на воле. Вас убьют, а на меня все свалят – якобы я сделал заказ. А может, на Фому свалят. Скажут, что он вас заказал, чтобы мне помочь. Тогда на Фому обрушатся…

– Про какого Фому вы говорите?

– Про авторитетного, который западную братву держит. Мы с ним как бы по разные стороны, но, похоже, у нас одна общая беда. Сначала Фарадей справится с нами, потом возьмется за него. Все очень серьезно. Очень…

– Может, пусть лучше Фарадеев занимается… э-э, охранным бизнесом? – в раздумье спросила Марина.

 – Он бывший милиционер, капитан…

– А его бывший начальник – майор, – усмехнулся Вайс. – Начальник уголовного розыска Пугач. По какой статье он привлекался? Что там – грабеж, разбой?

– Откровенно говоря, я не в курсе, – нахмурилась она.

– А ты подними дело, посмотри. А заодно поинтересуйся, куда подевался Пугач со своими операми, когда дело закрыли. Где он пропадал? Где столько денег набомбил, чтобы притон в городе открыть? Или про притон ты тоже не знаешь? Кафе «Пигаль» на Свердлова, лучшие девочки в городе.

И самые дорогие… Этот Фарадей со своим Пугачом – еще те волчары…

– Если так, то ты ничем не лучше.

– Ну да, я ментом не был, мне доверия нет. А Фарадей ментом был. Поэтому пусть лучше он Краснополь держит… Думаю, нам с вами больше не о чем разговаривать.

– Но вам придется со мной разговаривать. Я буду задавать вопросы, а вы будете на них отвечать.

– Буду. Но только из уважения к вам.

– И желательно говорить правду.

– Разумеется… И адвоката я позову, если вы не возражаете.

С появлением Нерестова разговор окончательно перетек в официальное русло бумажного протокола.

На все вопросы следователя Вайс отвечал четко и лаконично: «нет», «ничего не знаю», «я здесь ни при чем»… Может, Марина и очень ему нравилась, но срок мотать из уважения к ней он не хотел. Впрочем, отрицание вины не освобождало его от ответственности, и на следующий день после допроса он все равно отправился в следственный изолятор.

Глава 7

Душно в камере, смрадно и тесно. И неудивительно, что народ здесь такой злой. И на Вайса все смотрят как на врага.

И без того битком набито – по два-три человека на шконку, а тут еще лишнюю задницу ветром занесло… Но это хорошо, если арестанты смотрят на него волками только из-за одной тесноты. Гораздо хуже, если этих здоровенных лбов преднамеренно собрали против него. На эту мысль наводила и сама обстановка, и то, что в камере Вайс не увидел ни единого знакомого лица. А ведь он лично знал почти всех бойцов Цимбала. Их должно быть много в изоляторе, но здесь, похоже, никого.

Зато воровские бойцы на месте.