Столько вопросов она могла задать, если бы они оба были проще. Не задала ни одного. Он сам ответил на один.

– Я не спал с женой. Хотя раньше это у нас было. Сейчас… Не потому что горе. А потому что – ты. Она так и поняла. Спросила: «Кто она?»

И опять Лара не спросила, что он ответил. И насколько важным был их разговор. Эта тема – тяжелая. Ее не поднять. Понятно, что он с женой не разведется. Она осталась с его отцом. Она в принципе посвятила свою жизнь его родителям. Такая преданность ему…

– Наверное, папа долго не проживет, – вдруг сказал Алексей. – Он намного старше мамы.

На двадцать пять лет. При ней он хорошо держался, даже тогда, когда заболел. Сейчас он глубокий старик и жить не хочет.

– Это ужасно, – пробормотала Лара. – Но такое состояние проходит со временем…

– У отца не пройдет. Поэтому он отдал мне мамины бумаги, письма, все, что она считала важным хранить… И сказал мне правду, которую они собирались от меня скрывать всегда.

– Что? – У Лары вдруг сильно забилось сердце. Ей показалось, что лучше бы он ей этого не говорил. Что сейчас что-то на них обрушится.

– Я – не родной им сын.

Извини, давай не будем об этом.

– Я все же спрошу. Разве это что-то меняет сейчас?

– Меняет. Папа не знает, что я давно в курсе. Мама мне рассказала, когда они с отцом начали болеть. Она – верующая. Считала это наказанием. В общем, длинная история. Раз уж зашла речь, скажу тебе, что мы встретились у твоего дома не случайно. Я ехал вообще-то к вам в квартиру. Хотел познакомиться с твоей соседкой. Кое-что уточнить. Но потом появилась ты, тогда не было случая поговорить с этой соседкой, да и не хотелось тебя во все это вмешивать.

– Что за соседка? – спросила Лара, чувствуя, что у нее стали холодными не только руки и ноги, но даже кожа на лице.

– Марина Демидова.

– Ты все же с ней поговорил?

– Да, позвонил потом… Мало что прояснилось. Мне нужно было узнать у нее об одном человеке… Потом узнал сам.

– Когда ты приехал? – спросила Лара.

– Три дня назад.

– Три дня назад Марину убили. Зарезали. Ты об этом знаешь?

– Нет, – ровно сказал Алексей. – Откуда я мог это узнать.

Ночь закончилась. Утро нагло и беспощадно заглядывало в окно между занавесками, суетилось, подгоняя ветром мелкий снег.

Лара смотрела на метель, и ей казалось, что она рисует белое лицо трагического клоуна, который растягивает в улыбке нарисованный длинный рот и плачет при этом.

Глава 20

Сергей утром встретился с Виталиком, помощником, который передал ему кое-какие документы, назвал сумму, в какую они ему обошлись.

– Жук этот хмыреныш, начальник паспортного стола. Сначала вообще выделывался, кнопки нажимал, грозил охраной и полицией, говорил, что предаст меня суду за ложный донос, шантаж и вымогательство.