Вот только маг, прежде чем его зацепило когтями, успел выставить перед собой очередной щит из лезвия, правда,… это ему не особо помогло.

Не знаю из чего сделаны когти чудовища, или какой силой надо обладать, но он снёс и защиту эльфа и его самого с такой лёгкостью, что меня от ударной волны усадило на траву. А дальше началось натуральное противостояние слона и Моськи.

Громадный волк, в два счёта догнал мячик из эльфа, и попытался, как ту бабушку из сказки просто проглотить его, но в последний миг как-то резко одёрнул морду и чихнул так, будто остроухий чем-то вонял. Так может это не грязь на эльфе? А нечто, что отбивало нюх двуликим? Он вроде как хорошо готовился к своей мести…. Правда, если и так, то и это не сильно помогло. Волк просто принялся плясать, буквально втаптывая эльфа в землю, словно назойливую букашку. Да так добросовестно, что меня подбрасывало на своём месте, а вокруг поднялся столб пыли. Именно он не позволил увидеть то, что было дальше — ещё какое-то время слышался рык, шипение магии, а так же глухие удары, но совсем скоро всё стихло.

Под конец из пылевого облака вылетел крайне потрепанный эльф, и со свистом разрезая воздух, влетел между ближайших елей. Мне казалось, что волк сейчас метнётся за добычей в лес, но мои ожидания не оправдались. Последнее, что я увидела — была покачивающаяся фигура эльфа. Он попытался встать, но тут его оплело корнями и утащило в чащу, откуда слышался рык обычных волков. Среди теней деревьев едва заметно мелькнул знакомый свет, а, как только он пропал, всё стихло.

Не сразу, но до меня дошло — что теперь точно всё. Я умудрилась нечаянно нажить себе врагов и при этом благополучно выжить, отделавшись лишь парой тройкой седых волос. Настороженно посмотрев в сторону оседающей пыли, вдруг осознала, кто прятался под шкурой моего финального спасителя. Он ведь говорил, что большой, вот только я даже не думала, что настолько.

— Киллиам, — позвала, стараясь сделать так, чтобы голос не сильно дрожал. — Ты очень вовремя, но было бы неплохо, покажи ты мне свой облик заранее…. Меня же чуть сердечный приступ не настиг.

Шуточная жалоба вышла какой-то слишком жалобной. Поэтому меня постарались как можно быстрее утешить.

Сильные руки заключили в объятия, прежде чем пылевое облако полностью рассеялось. Его кожа была слишком горячей, дыхание тяжёлым, а сердце в мощной груди билось так сильно, что я ощущала это прижатой щекой."

"— Мы квиты, — прохрипел Киллиам, притискивая меня к себе крепче.

— Сильно испугался? — спросила я, стараясь посмотреть в лицо своего мужчины. Однако оборотень упрямо держал меня в своих объятьях так, чтобы я не могла видеть выражение его лица.

Вот только мне хватает с трудом подавляемой паники в его голосе, когда Киллиам произносит:

— Безумно.