Джеймс казался таким безучастным. Как будто мир пронесся мимо него, оглушил и захватил с собой.

Элейн плыла к Джеймсу. Он поплыл обратно, пока не добрался до бортика, и она с улыбкой последовала за ним. Сердце у меня колотилось все быстрее. Я не понимала, что здесь происходит. Под водой я видела их расплывчатые очертания, и она прижималась к Джеймсу. Она стояла между его ног, наклонялась к нему и что-то шептала на ухо. Оба казались давно знакомыми друг другу. Как будто это происходило с ними не впервые. Все это заставило меня занервничать, я не могла сдвинуться с места. Джеймс взял ладонями лицо Элейн и поцеловал ее.

Во мне что-то разбилось. Мелкие осколки стекла проникли в грудную клетку, прокладывая себе дорогу внутрь, пока я совсем не перестала дышать.

Внезапно кто-то положил руку на мое плечо.

– Ну, вот тот Джеймс Бофорт, которого я знаю, – прошептал Сирил мне на ухо.

Я хотела сказать: Но не тот, которого знаю я.

Ты понятия не имеешь, какой он на самом деле.

Он мой друг, чтоб ты знал, тупая ты дурища.

Но это не так. Будь Джеймс Бофорт моим другом, он бы этого не сделал. Будь он моим другом, он бы пришел ко мне, а не топил свою боль в алкоголе и наркотиках со странными приятелями. Будь он моим другом, язык той другой девушки не ласкал бы его шею.

Я развернулась и поскользнулась на мокром полу, но успела удержаться. Как можно быстрее я пошла через дом. Мои шаги стучали по гулкому огромному помещению. Прочь отсюда, как можно скорее. К сожалению, я не верила, что где-то на свете есть место, где я смогла бы забыть о том, что сейчас произошло.

– Руби! – закричала Лидия вдогонку. Я остановилась и посмотрела через плечо. Когда я увидела ее в таком отчаянии, то почувствовала муки совести.

– Мне правда очень жаль, что ваша семейная ситуация такая безнадежная, – выпалила я дрожащим голосом. – Но я не могу. Не могу так, не могу после того, как… – После того, как что? После того, как я думала, что мы все это преодолели? После того, как мы переспали? Этого я не могла ей сказать. Не сейчас.

– Ты ему нужна. – Она смотрела с мольбой.

У меня вырвался горький смех, и я запрокинула голову, чтобы разглядеть потолок. Этот дом такой декадентский. Золото, куда ни глянь, бесчисленные картины маслом, дорогие античные вазы – вещи, которые за секунду потеряли для меня всякую ценность. Я повернулась и продолжила свой путь, пока наконец не оказалась у выхода. Лидия еще какое-то время кричала мне вслед, но я ее больше не слышала.

Когда тяжелая дверь за мной захлопнулась, мне показалось это очень символичным.

На миг я действительно подумала, что отношения между мной и Джеймсом возможны, если мы и вправду этого захотим. Но теперь мне стало кое-что ясно.

Я никогда не стану частью его мира.