Беспомощно и непонимающе.

Отец барабанил пальцами по подлокотнику кресла.

– Я не хотел, чтобы вы завалили собеседования."

"Я не могу объяснить то, что произошло после этого. Мне в голову как будто ударила молния. В следующий момент я бросился на отца и нанес ему удар кулаком в лицо. Удар был таким сильным, что кресло опрокинулось, отец упал, а я упал на него. Лидия издала пронзительный крик. Что-то разбилось об пол. Мой кулак еще раз обрушился на безразличную физиономию отца. Кровь брызнула из носа, а костяшки в руке захрустели. Повсюду вокруг нас валялись осколки. Мой кулак горел, кровь билась в нем, но я все равно замахнулся для следующего удара.

– Джеймс, прекрати! – завизжала Лидия.

Кто-то схватил меня сзади и оторвал от отца. Я боролся против этой крепкой хватки как дикий зверь. Я хотел поквитаться с отцом. За все.

Отец с помощью Лидии поднялся с пола. Из носа и из разбитой губы текла кровь. Он потрогал лицо и посмотрел на окровавленные ладони. Потом взглянул на Перси.

– Уведите его отсюда, пока он не успокоится.

Перси развернул меня и потащил через холл. Руки его так прочно обхватывали мою грудную клетку, что я не мог сделать ни одного вдоха. Он протащил меня по холлу, при этом мы наткнулись на комод, и снова что-то упало на пол и разбилось. Только снаружи Перси ослабил хватку. Я бросился назад в дом.

– Мистер Бофорт, прекратите, – сказал Перси и потянулся ко мне. Я отшвырнул его руки и толкнул в грудь.

– Прочь с дороги, Перси.

– Нет. – Голос у него был твердым, и пальцы прочно вцепились в ткань моей куртки.

– Он скрыл это от нас. Ты скрыл, – выдавил я. И снова его толкнул. – Моя мать умерла, а ты мне этого даже не сказал. – Слова были на вкус как кислота, и вдруг всюду началось жжение – во рту, в горле, в груди и в глазах. Мир расплылся передо мной. – Моя мать умерла.

Глухая боль стремительно распространилась по телу. Было так больно. Я думал, что не выдержу этого. Я упал на колени и все еще не мог как следует вздохнуть. Надо прекратить это. Я должен заставить эту боль замолчать.

Руки у меня дрожали так сильно, что сползали с форменной куртки Перси. В следующий момент я развернулся и пошел в сторону гаража.

– Мистер Бофорт!

Я отмахнулся. Перси шел за мной следом. Ноги сами привели меня к машине. Я достал из кармана дрожащими руками ключ и распахнул дверцу. В глазах начало темнеть, казалось, в любую секунду я мог упасть. Ну и пусть. Просто все безразлично. Я завел машину. Перси встал прямо перед ней. И на это тоже плевать. Я нажал на педаль газа, и он в последний момент успел отскочить. Я сорвался с места, скрипя шинами, вытирая при этом рукой мокрые от слез щеки.

32

Руби

В дверь позвонили как раз в тот самый момент, когда я вытаскивала из башни Дженга очередной деревянный блок.