Едва заметно кивает и под его немым согласием, я начинаю расстегивать ремень. Тяну вниз молнию и поддеваю резинку его боксеров. Взгляд вверх. Он смотрит. Искра. Хочет, чтобы я все сделала сама. Оттягиваю вниз резинку и теперь могу увидеть его член. Я широко раскрываю глаза, совсем не стесняясь своей реакции. Он невероятно большой. И это было во мне? Так вот почему было так больно. Беру его в руки. Горячий. Очень. Влажный и гладкий.

— Проведи по нему рукой, но не сжимай, — его дыхание сбивчивое и от этого слова обрывчатые. Делаю все, как он говорит. Провожу рукой вверх и вниз, завороженно наблюдая за своим действием.

— А теперь возьми его в рот. Давай же, Адель, я хочу видеть, как ты касаешься губами моего члена.

Одна фраза и внизу живота взрываются искры. Сейчас я впервые буду делать минет мужчине. И меня это ничуть не отталкивает. Будь на месте Тимура кто-нибудь другой, я бы скривилась от отвращения, но только не перед ним. Отчего-то я сама горю безумным желанием взять в рот его член и попробовать его на вкус.

Распахиваю губы и облизываю его влажную головку. Солоноватая влага проникает в мой рот, оставаясь на языке.

Чуть отстраняюсь от него, от чего за мной оттягивается тонкая полоска слюны.

— Блядь…

Он стонет и сжимает свои кулаки. Я вновь беру его в рот, но на этот раз проталкивая глубже. Делаю все медленно и аккуратно, чтобы не задеть его зубами. Кожа его члена пахнет Тимуром. Я не могу это объяснить, но у каждого человека есть свой запах, независимо от парфюма. Так вот запах кожи Тимура концентрируется и на его члене. Я начинаю водить головой туда-сюда, вверх-вниз, ласкаю его языком.

Неожиданно тяжелая мужская рука ложится мне на затылок и начинает давить.

Тимур сжимает мои волосы и толкает голову глубже, отчего в небо упирается твердая головка.

— Дыши носом и не сопротивляйся, — он сильнее давит на голову, толкаясь бедрами на встречу, отчего член проникает так глубоко, что я начинаю задыхаться. Тимур ослабляет хватку, и я выпрямляюсь, начинаясь жадно глотать ртом воздух.

Я не успеваю отдышаться, когда Тимур резко вскакивает со стула и ему требуется только одно быстрое движение, чтобы поднять меня с колен. Он пригвождает меня к краю сцены, налегая разгоряченным телом.

Кажется, он хочет что-то сказать, но вместо этого жадно впивается в мои губы. Я ахаю, обхватываю непослушными пальцами ворот его рубашки. Руки сами начинают расстегивать рубашку и не останавливаются, пока полностью не распахнут края его одежды. Мне нужно больше прикосновений к его телу, я провожу руками по его мощной груди, ощущая движения мышц под кожей. Я сгораю, меня лихорадит и трясет. Невыносимо тянет низ живота, предвкушая сладость проникновения.