В голову лезут самые разные мысли, но я не могу придумать ни одного путного ответа на вопрос бабушки. Говорить правду нельзя. Ни в коем случае. Я не хочу разочаровать ее, не хочу видеть огорчение в ее взгляде, я этого не вынесу.

— Как ты могла такое подумать, бабушка! Я не занимаюсь ни чем постыдным, если ты про это. По ночам я работаю потому что в ночные смены платят больше денег, кажется, я это уже тебе говорила. Синяки у меня от того, что мне приходиться ползать по полу и собираться упавшую еду с подносов. А в тот клуб я ходила один раз, потому что меня позвала подруга.

Я смотрю на бабушку и надеюсь, что она не прочтет ложь в моих глазах. Я никогда не умела врать, но сейчас этот навык был бы очень кстати.

— Тогда кто был тот мужчина? Он явно не из людей нашего круга, про его машину у нашего подъезда до сих пор говорит весь двор.

— Это мой друг. Друг с работы. Его зовут Тимур и он постоянный клиент нашего кафе. Там мы с ним познакомились и он, проникнувшись нашей ситуацией, решил нам помочь. Он дал мне в долг, чтобы я смогла оплатить квартиру и, разумеется, я отработаю эти деньги дополнительными сменами.

Когда я заканчиваю свою браваду, то падаю без сил на кресло. Я смотрела бабушке в глаза и нагло ей врала. Мне тошно самой от себя. Обманывать родного человека — что может быть хуже?"

"— Ладно, внучка, я тебе верю. Иди сюда, — на онемевших ногах я подхожу к бабушке и сажусь рядом с ней. Она накрывает меня морщинистыми и теплыми руками, и только по контрасту температур наших тел я понимаю, насколько была холодная и дрожала. — Но имей в виду, что никакие деньги мира не стоят того, чтобы моя внучка занималась постыдными вещами.

Бабушка продолжала гладить меня по голове что-то говорить, но все ее слова абсолютно не запоминались. Я все думала о Тимуре. Что он пытается этим добиться? Откуда он вообще знает про наши проблемы? Я ему говорил только, что деньги нужны моей семье и ни слова о кредитах. Оплатил наш долг, пополнил баланс моей карты на баснословную сумму, при каждой нашей встрече говорит, что я принадлежу только ему. Я могла бы подумать, что он влюблен в меня. Ведь так ведут себя влюбленные мужчины? Совершают поступки ради любимой, ревниво не хотят ее делить с другими, всячески привязывают к себе. Да не может этого быть. Ни о каких чувствах и речи быть не может. Тимур — нахальный владелец клуба, который хочет присвоить меня, как очередной трофей. А еще он мой первый мужчина, который иногда приходит ко мне в самых пикантных снах. Наваждение какое-то. Нужно держаться от него подальше, пока я не сгорела тем огнем, с которым играю каждый день.

* * *

— Ты почему еще не готова? А? Мне вышвырнуть тебя на улицу? — Эрик носиться по гримерке, словно ужаленный, и кричит на всех, кто еще не готов к выходу.