* * *

Проходит примерно час после начала вечеринки. В этот вечер все сотрудники в качестве гостей: бармены разливают алкоголь не постояльцам, а себе, пташки танцуют не у шеста, а со своими спутниками, или друг с другом. Тимур разговаривал с Даяном, а я сидела на диванчике в компании Розы и Данила и попивала коктейль. Я все смотрела на него, статного и высокого, и могу с уверенностью сказать, что красивее мужчины я не встречала. Тимур, видимо, почувствовав мой взгляд на себе, отводит глаза от лица Даяна и смотрит на меня. Я моментально заливаюсь краской, потому что его взгляд сейчас был точно такой же, как некоторое время назад в его кабинете. Картинка обрывается, когда чье-то тело вырастает передо мной. Я поднимаю глаза и хмурюсь. Рома здоровается с Данилом, затем с Розой, и только потом смотрит на меня.

— Поговорим?

Я подхожу к зеркалу и наклоняюсь, чтобы посмотреть на свое отражение. После того как мы с Тимуром покинули его кабинет, пришлось полностью смыть макияж и заново его нанести. Я так торопилась, что криво вывела линию бордовой помады на своих губах. Поэтому я присаживаюсь за свой туалетный столик, беру влажную салфетку и принимаюсь выравнивать контур.

— О чем ты хотел поговорить?

Рома закрывает за нами дверь, делает пару шагов вперед и, словно чего-то опасаясь, прерывисто произносит:

— Хотел сказать, что ты была права.

Я поворачиваюсь и смотрю на своего друга.

— Я больше не стану мешать вам с Тимуром, — Рома делает паузу и нервно сглатывает собравшийся в горле ком, — Если ты его любишь, так тому и быть.

— Рада, что ты это понял, — я встаю и подхожу к высокому брюнету. — Ты мой самый близкий друг, я очень дорожу нашей дружбой и не хочу, чтобы она заканчивалась.

Я улыбаюсь и обнимаю Рому. Его футболка на удивление немного потная, его дыхание прерывисто, а пульс зашкаливает.

— Все в порядке? Ты какой-то странный.

— Все нормально, — его глаза лихорадочно скачут по моему лицу, а дрожащие пальцы продолжают нервозно сжимать мою руку.

— Хорошо, может тогда по…

Я не успеваю договорить, потому что в эту секунду раздается резкий глухой звук, за которым следует множество пронзительных женских криков. Рома еще сильнее сжимает мою руку, я дергаюсь с места и делаю шаг к двери, но сильная мужская ладонь возвращает меня на место.

— Что это было? Выстрел?

Глава 28. Пуля в груди

Женские крики за дверью затихают, и я замираю на месте. Боюсь сделать даже короткий вдох или произнести слово. Прислушиваюсь к посторонним звукам за дверью, ни единого шороха. Адреналин ударил прямо в сердце, заставив его биться в разы чаще. Рома продолжает меня держать за руку, и тоже боится сдвинуться места.

— Это же был выстрел? Ты это слышал? — мои испуганные глаза находят взволнованное лицо друга.