Все считают, что это очень удачная партия. Плампстед унаследует титул своего отца. Но я не понимаю, – озадаченно нахмурилась она, – как к Гастингсу попали эти дневники и главное – зачем они ему.

– О, я могу придумать причину, по которой беспринципный человек желает завладеть откровениями юных леди.

– Вы хотите сказать, что он… что он шантажирует этих людей?

– Сомневаюсь, что доход юной Джулии или Сары достаточен, чтобы самим заплатить шантажисту. Скорее всего, они живут на содержании у родственников или родителей и получают довольно скромные квартальные выплаты. Нет, если Гастингс выкачивает деньги из семьи, то шантажируемый человек должен располагать значительными средствами. В случае с Джулией это может быть ее прабабушка, леди Пенфилд. Она дама весьма преклонного возраста, и в силу этого у нее хрупкое здоровье, но, тем не менее, продолжает контролировать финансы семьи.

– Леди Эштон упоминала, что до замужества наследством Сары Бриндл распоряжается ее тетушка, также весьма престарелая дама.

– Тогда в этой, – Энтони открыл последнюю тетрадку, – должна быть своего рода финансовая отчетность. Здесь записи денежных сумм, полученных путем шантажа.

– Мы немедленно должны вернуть дневники их владелицам, – воскликнула Луиза.

– Само собой разумеется, – кивнул Столбридж. – Но сделать это нужно осторожно.

– Да, ведь мы не можем признать, что эти бумаги побывали у нас в руках, потому что… ну, вы сами понимаете. А что насчет деловых бумаг? – спросила она.

– Их я оставлю себе для дальнейшего ознакомления, – холодно ответил Энтони.

– Но они принадлежат Гастингсу! Изъять и вернуть владельцам дневники, которыми их шантажировали, – это одно и, я уверена, может рассматриваться как благородный поступок. Но остальные документы нужно вернуть в сейф. Мы обязаны…

Столбридж поднял взгляд на Луизу, и она отшатнулась, увидев холодную ярость в его глазах и лицо, которое вдруг превратилось в неподвижную маску.

– Этот негодяй не только шантажист, но и хладнокровный убийца. И я не имею по отношению к нему никаких обязательств.

– Вот уже второй раз вы называете его убийцей, сэр – заметила Луиза, любопытство которой пересилило минутный испуг. – Но есть ли у вас доказательства?

– Я получил их сегодня вечером.

Энтони извлек из кармана бархатный мешочек, развязал шнурок, стягивающий горлышко, и перевернул его. Как зачарованная смотрела Луиза на каскад золота, изумрудов и бриллиантов, хлынувших в его ладонь.

Мой Бог… – прошептала она. – Эта вещь должна стоить целое состояние.

Так и есть. А, кроме того, она доказывает, что Гастингс виновен в убийстве.

Но я не понимаю… вы забрали ожерелье из его сейфа?

– Да.