Луиза закрыла книгу, сдерживая радость.

– Я вам очень признательна, – сказала она ровным голосом – но как же вам удалось обнаружить это сокровище?

– Ну, все, кто крутится в книжном деле, имеют кое-какие связи и секреты, миссис Брайс.

– Понимаю. А что насчет Мильтона?

– О, про Мильтона вам лучше позабыть, миссис Брайс! Я уже говорил, что новый владелец отказывается продавать ее за разумную цену. А сколько он за нее хочет, так у вас таких денег нет, миссис Брайс.

– Жаль, но все же… Обстоятельства меняются. Вот ведь Гленнинг умер и оставил библиотеку сыну, который понятия не имел об ее истинной ценности, поскольку она совершенно не нужна.

Я буду вам очень благодарна, если время от времени вы станете напоминать нынешнему владельцу Мильтона, что у вас есть клиент, который мечтает приобрести эту книгу.

– Сделаю, как вы говорите, миссис Брайс, хоть, по мне, это напрасная трата времени.

– Спасибо. – Луиза взглянула на газету, оставленную на прилавке, и заметила: – Вижу, вы читаете «Флайинг интеллидженсер».

– Скандальная газетенка, – поморщился старик – единственное достойное издание, если хотите знать мое мнение, – это «Таймс».

Но я покупаю «Флайинг интеллидженсер», ежели там есть статья, написанная Фантомом.

– Ах, вот как.

– А вот сегодня как раз имеется его материал про смерть молодого джентльмена. Вроде как бы все указывало на то, что это самоубийство. И долги-то у него карточные, и все прочее. Но вот Фантом намекает прозрачно, что это убийство. И сразу думаешь – а сколько ж таких случаев, когда полиция и не ищет ничего, коли оно смахивало на самоубийство?

– Вы правы, это ужасно.

Луиза заплатила за книгу и, попрощавшись с мистером Дигби, покинула магазин.

Туман стал менее проницаемым и эфемерным. Он уплотнился почти до вещественности, и теперь трудно было разглядеть даже деревья в парке через дорогу. Не понимая собственной тревоги, Луиза заколебалась, прежде чем войти в ограду парка.

«Я не боюсь заблудиться, – сказала она себе. – Я прекрасно знаю дорогу… и мне нужно лишь идти по дорожке, которая и выведет меня на другую сторону парка». Устыдившись собственной нерешительности, она нырнула в колышущееся море тумана.

Луиза прошла примерно треть пути, когда сзади послышались шаги.

Гравий скрипел под ногами легко и быстро идущего человека. Луиза испугалась. Ее руки, затянутые в перчатки, похолодели, и в тот же миг возникли неприятное чувство, что кто-то недобрый смотрит в спину. Она остановилась, обернулась и принялась пристально вглядываться в колышущуюся завесу. Ничего. Вернее, увидеть можно было все, что угодно: туман придавал стволам деревьев самые причудливые формы, – но Луиза не позволила своей фантазии взять верх над разумом и твердо сказала себе, что это лишь деревья.