Тем более, что пока что вам… некуда ехать.

– Что?… – я нахмурилась, непонимающе смотря на начальника.

А он тяжело вздохнул, будто нехотя прошёлся глазами по комнате, и опустил тяжёлый взгляд на меня.

– В твоём доме сейчас ремонт.

– Р-ремонт? – я хлопнула округлившимся взглядом. – Какой ещё ремонт, Марк?

– После пожара пострадала стена, её необходимо было обновить. Я вызвал бригаду, и сейчас там проводят работы.

– Но ты… Ты же даже меня не спросил! – Наверное, из-за осипшего голоса эта фраза выглядела особенно жалко. Тем не менее голос был твёрд."

"Абрамов отвёл глаза в сторону и равнодушно пожал плечом.

– О чём тут нужно спросить? Нужен ли был этот ремонт? Так я и сам не слепой, прекрасно видел, что нужен.

– Марк!…

– Катя! Мужчины не спрашивают о таких вещах! Они просто их делают!

От жаркого стыда в душе я обессиленно откинулась на подушку и сжала руки в кулаки. В душе бушевало смятение. Конечно, он прав. Дом наверняка пострадал, и стал непригоден для жизни с ребёнком. И теперь ремонт был необходим. Но, чёрт… Он и так сделал для нас слишком много. Теперь ещё и это! Моя гордость не желала мириться с жестом доброй воли от Марка. Зачем ему всё это надо? Почему Марк заботится? Обо мне. И о Соне… Догадывается ли Абрамов о том, что Соня его?…

Вопросы терзали, разрывая душу на части. Может, он просто чувствует? Может, гены говорят за себя? Может, между ними есть связь, которую не способны увидеть другие? А я всё это время держу в себе главную правду. Откладываю этот секрет на потом, ожидая момента, и не понимаю, что подходящее время может не настать вовсе!

Марк вышел из спальни, а я погрузилась в тревожный болезненный сон, и уже проваливаясь в забытьё, пообещала себе: как только станет легче, поговорю с Марком. Всё ему расскажу. Он имеет право знать правду.

Через пару часов меня навестил доктор, внимательно осмотрел и выслушал жалобы, выписал рецепт на лекарства, которые доставили ровно за час. Велел соблюдать постельный режим и пить больше жидкости.

Вечером в комнату сунулась Сонька, весёлая и счастливая.

– Солнышко, я же тебя заражу…

– Мамуль! Но я так сильно соскучилась! – прильнула ко мне моя крошка. – Тебе сильно-сильно плохо?

– Уже намного легче, родная, – натянув одеяло на лицо, поцеловала её в макушку прямо через ткань. – Ещё денёк и встану на ноги, побудешь с дядей Марком пока?

– Конечно! – с энтузиазмом отозвалась малышка. – Мам! Он такой замечательный!… Он не поехал на работу сегодня, и мы смотрели с ним целый день мультики! А потом готовили блинчики! Хочешь, я тебе принесу?

– Не надо, родная, – улыбнулась я дочке.

– Мам… – Соня вдруг сделалась серьёзной. – А можно… Можно дядя Марк станет моим папой?

Прохладный воздух в спальне вдруг стал горячим, прожигая насквозь мои лёгкие. Глаза увлажнились.