И почему его пупок — это задница нарисованной на его животе кошки с флиртующим взглядом?

Наверное, потому что это Лёша.

Старательно проигнорировала образовавшуюся палатку с цветочным принтом и, накинув на себя халат, вышла из комнаты. В ванной привела себя в порядок. Остыла. Больше в комнату решила не заглядывать.

На кухне наполнила и включила чайник, поставила вариться яйца и кашу — обычная утренняя рутина. Всё это я делаю и без Лёши, но сегодня я не поленилась причесаться с самого утра и даже почистить зубы до завтрака. Остановила себя на этапе нанесения макияжа. Это уже перебор. Достаточно того, что я помытая. Кое-кто там вообще без трусов спит и не парится.

Налила себе горячий кофе и, периодически поглядывая за готовящимся завтраком, встала у окна, наблюдая за двором, который за ночь посыпало снегом. Сегодня выходной, большинство машин стояли на своих местах, присыпанные снежной шапкой. Кто-то выгуливал собаку, залипая в телефоне в едва перебирая ногами; кто-то быстрым шагом шёл в сторону магазина, очевидно, спеша купить что-то к завтраку.

На время отставив кофе, я закончила с приготовлением завтрака, понимая, что Лёша скоро проснётся. Не стала пока его будить. Вновь вернулась к окну, чтобы допить напиток и подумать о том, чем заняться сегодня.

Когда талии коснулись теплые руки, а на плечо легла сонная Лёшина мордашка, я не испугалась.

Улыбнувшись уголками губ, слегка откинулась назад и позволила Лёше обнять себя, как ему заблагорассудиться. И он не отказал себе в удовольствии потискать меня, что-то сонно бормоча в сгиб шеи и щекоча теплым дыханием тонкую кожу.

— Выспался? — вопросила я, прижавшись щекой к его щеке, пока мы вместе смотрели в окно.

— Угу. Походу, я понял, в чём прикол ортопиздического матраса. Хотя сначала было жестко.

— Ты вообще не романтик, — деланно возмутилась я, повернувшись к парню. — Нет, чтобы, как нормальный бабник напеть мне на ухо о том, что тебе крепко спалось только потому, что я была рядом и всё в этом духе… Он мне про матрас втирает.

— Сиськи были мягкими, — усмехнулся Лёша. Забрал у меня остатки кофе и залпом допил. — Они компенсировали все неудобства.

Парень подался ко мне и приник к губам, запустив сладко-горький после кофе язык мне в рот.

По телу побежали мурашки, закружилась голова, а сама я превратилась в озабоченный кисель. Но быстро взяла себя в руки, уперевшись ладонями в Лёшины плечи.

— Позавтракаешь или у тебя дела?

— Выгоняешь?

— Интересуюсь.

— Дела есть, но с обеда. А ты, что, уже и завтрак приготовила? — Лёша удивленно вскинул брови, и, не выпуская меня из объятий, оглянулся на кухонную зону.

— Ты недооцениваешь милф, малыш, — пафосно фыркнула я и прошла в кухню, скинув руки парня со своей задницы.