Только дотрусил до ближайших кустов, а потом вдруг резко развернулся и по-звериному оскалился:

– Чо надо? – накинулся он на Серафиму и резко выдернул из ее рук свою корзинку. – От-дай водку! Лекарство это… на святое замахнулась… Главное, бегает еще за мной! У-у-у, быстрая какая нашлась… Щас как дам в шею! Или прям-таки ногой пну, и ничего мне не будет, я документ имею. Да, имею. Сам написал. Там так и написано: могу творить, чего хочу, потому что все равно дурак дураком. Ясно тебе? Ясно?

Серафима тяжело дышала от бега и страха. Такая разительная перемена здорово пугала – ведь и правда ненормальный, в шею обещал… Однако ж на всякий случай она миролюбиво поинтересовалась:

– А… простите, деньги?!

Упоминание о деньгах еще сильнее обидело мужчину. Он вытаращил глаза и крикнул ей в лицо:

– Какие еще деньги? Я их у тебя брал?! Ты мне их давала? Щас обязательно в шею дам! Дубиной! Главное, не давала ни хрена, а уже интересуется!

Серафима не стала настаивать, развернулась и бодренько посеменила к остановке. Вдруг правда долбанет, и все, вон она, дубина, рядышком. А деньги… Да чего там, они с Шишовым и в самом деле не много наработали.

– Ну чего, отвоевала деньги? – встретила ее Лилька ехидной усмешкой. – Что-то ты быстро, никак мужичок послал тебя по матушке… Ой, Кукуева, не выйдет из тебя кондуктора.

Лилька схватила косметичку Серафимы, посмотрелась в зеркальце, мазанула ее помадой по своим пухлым губам и довольно потянулась.

– Нет, со мной такие штучки не случаются, – сладко любовалась она сама собой. – Я ж психфак закончила, людей за версту вижу. А ты прям оплошность природы. Я тебе сколько раз говорила: на кой черт ты раскладываешь здесь все деньги? Перед тобой же живой пример – я. Учись! А то… Ой, Симка, вы и так работаете на гуманитарной поддержке, а еще и деньги все выгребли… Он тебя обматерил, да?

У Лильки уже восторженно блестели глаза, в голове мелькали на фиг не нужные советы, а в сердце плескалась волна превосходства.

– И ничего не обматерил, – надулась Кукуева, с силой отбирая косметичку. – Забежал за кусты, извинился, поблагодарил за сумочку, за корзинку то есть, выложил все деньги и пожелал мне доброго пути.

– Нет, я представляю, что пути пожелал. Только в каких выражениях? – скривилась подруга. – Вот сорок лет живу, а чтобы кто-то добровольно с деньгами расстался, не видела. А пойдем у того мужика спросим, вдруг он еще за кустами, а?

На повторную встречу Серафиму совсем не тянуло.

– С чего это ты решила, что он добровольно расстался? – пошла Кукуева на попятный. – Я разве сказала, что добровольно? Вот ты, Лилька, никогда до конца не дослушаешь, а потом тебя в кусты к мужикам тянет.