Как бы ни поживали, требовалось действовать быстро и решительно, ни на что не отвлекаясь… Теперь же можно было и отвлечься.

Бляха-муха и мать твою через конденсатор! Колонна из трех электромобилей уже добралась до переезда, остановилась. Фигуры в развевающихся за спиной черных плащах бежали к поезду, пять, семь, десять… голов двадцать пять. Некоторые уже добрались и теперь споро карабкались в вагоны.

Ну наконец-то! По всей длине состава пронзительно заскрипело, поезд содрогнулся всеми сцепками, дернулся, сдвинулся с места и начал набирать ход. Отстающие безбилетники в черных плащах со всех ног припустили следом.

Кто-то успел вскочить на подножку. Ага, один сорвался. Еще один, никак не успевая к подножке, уцепился за какую-то хреновину, торчащую под вагонным окном, провисел так некоторое время и сорвался к чертовой бабушке. А упорные ребята, однако…

Все, остальные не успели. Но этих самых остальных, по прикидкам Сварога, выходило значительно меньше половины.

– И кто это нам жить мешает, кто-нибудь может мне ответить? – вопросил Сварог, возвращаясь в кабину.

– Неспокойные времена, – осторожно сказал машинист.

 – Кого только не встретишь на пути. Другие и вовсе не представляются при встрече.

– Надо было одного втащить сюда для обстоятельного расспроса, – Сварог поморщился от досады. – Моя промашка. Хорошо хоть «ниточку» не перерубили, уроды, с них станется…

– На Каскад не похоже, – задумчиво проговорила Келина.

Локомотив набирал скорость, ветер гудел за бортом, под ногами трещало и искрило. Пахло озоном."

"– Тати ночные, лихие людишки, искатели легкой поживы, – уверенно сказал Монах. – Сбился в кучу всяческий сброд, от карманников до разбежавшейся солдатни, нашелся у них толковый вожак, который и придумал, как напасть на поезд и разграбить его.

И не корите себя, ата… господин приват-ректор. Нечего у полоненного было бы дознавать. Стал бы он, шепелявя и пуская слюни, нам тут долдонить про то, как Шапа-Драный Хвост вчера проиграл ворованный перстень Кривому Жупелу, а ночью прирезал счастливчика и перстень себе вернул. Эка радость все это слушать!

– Может, ты и прав, – сказал Сварог. Подошел к креслу машиниста, встал у того за спиной. – Сколько до Черты?

– При такой скорости домчим за стражу с четвертью.

Вот… гляньте сами.

Машинист, видимо, привыкший во всем к точности и обстоятельности, открыл какой-то ящик, вынул из него протертую на изгибах карту и положил на приборную панель.

– Да шут с ней, с картой, – отмахнулся Сварог. – Вы мне скажите лучше: если поднажать, если скорость увеличить…

– На пределе жмем. А за предел выйдем – сковырнемся на бок. Этот участок, отсюда и до моста Ро, весь, считай, как змея. Боитесь, не угомонятся? – машинист понятливо кивнул.