Высшие маги утверждают, что женское любовное наслаждение способно залечить подобного рода рану.

— Интересный способ лечения. Я читала что-то подобное…

— Ты умеешь читать?

Спалилась…

— Да. Я и про тебя читала.

— Что же ты читала про меня? — вскинул бровь."

"— Это не первый твой дракон. Ты уже убивал дракона прежде.

— Верно.  Ты не только красивая, но и такая умная леди, — бархат его голоса приятно отозвался в груди.

Я всё ещё сидела прямая, как вешалка, не решаясь расслабиться. Генри поковырялся в трубке и смерил меня взглядом.

— Если беспокоишься о деньгах, то вот, — он взял трубку в зубы, вынул из кармана штанов золотые монеты и вложил мне в ладонь.

Я не считала, сколько там было монет… Я не хотела их принимать! Мне сделалось противно от того, что он дал деньги. Но я должна была взять. Завтра на что-то нужно будет жить, если жизнь, конечно, продолжится.

— Не надо… — промямлила я, глядя в сторону, куда угодно — только не на него. — Я верю, что вы заплатили бы.

— Ты. Мы же на “ты”.

— Ты, — робко скользнула взглядом по его лицу.

— Если беспокоишься о болезнях, то я здоров, не считая раскола хранилища. А если — о беременности… то, — Генри поднял бровь, разглядывая меня. — Если забеременеешь, я признаю ребёнка. Возьму тебя и его в Ревош, мой замок, чтобы дать содержание и воспитание.

Возмутительно! Я что, корова на ярмарке? Господин будет решать, где мне жить и как воспитывать моего ребёнка?

Глаза на миг округлились. Я отвела взгляд, выдержала пару ударов сердца, выдохнула и вновь поглядела на него:

— И много уже у вас, то есть у тебя, таких содержанок с детьми?

20 На диване, на лестнице, в кровати и в ванной

— Я не избалован потомством, — невозмутимо ответил Генри, сохраняя добродушную улыбку. — Мне никто пока не подарил наследника. Не повезло…

Я чувствовала, что за его словами скрывается большая боль, но Генри продолжал держаться веселым и добрым. Только вот брови его немного вздрогнули от сопротивления воспоминаниям.

— Сочувствую… — прошептала я.

Мне было жаль, искренне жаль, что Генрих, такой чудесный мужчина, был несчастлив в личной жизни.

— Всё хорошо, — улыбнулся паладин.

Серые глаза его озарились лучистым светом, совершенно меня покорив.

Генри убрал трубку обратно в коробку и положил руку мне за спину. Я оказалась в кольце его согревающего нежного объятия. Аромат вербены снова окутал меня.

Хотелось развернуться к нему лицом и уже, наконец, самой обнять его, но я всё ещё слишком волновалась. Возможно, в глубине души надеялась, что ничего не случится: он отпустит меня и правда обо мне так и останется тайной.

Но видит Пресветлая Дева, как я устала  жить в неведении. Лучше пусть всё случится, хочу знать, кто я: зачарованная или нет?! И если да, то... то убегать не буду.