– Он спустил платье на тонкую талию и принялся нежно покусывать отвердевшие вершинки грудей, отчетливо выступающие под тонкой сорочкой. От ее тихого стона по телу Балфура прошла дрожь. – Небольшая отсрочка прояснит мой разум.

– Всего лишь небольшая? – Мэлди сжала руками его упругие ягодицы и притянула Балфура ближе. Она так сильно и безудержно нуждалась в нем, что, ощутив его твердость, едва не достигла вершины удовольствия.

– Боюсь, что слишком изголодался по тебе, чтобы откладывать долгожданное пиршество.

– Не бойся. Мне хорошо знакомо это чувство. Все, больше ни слова, разве что мне придется тебя поторапливать.

– Нет, не думаю, любимая. Не в этот раз.

Пока Балфур срывал с нее одежду, Мэлди не менее поспешно проделывала то же самое с ним. Оба вскрикнули от наслаждения, когда тела их соприкоснулись впервые за долгое время. Мэлди не могла насытиться ощущением прижимающегося к ней сильного тела, теплой кожи под ладонями и прикосновениями его губ, когда Балфур лихорадочно покрывал ее тело поцелуями. Она старалась возвратить каждую ласку – близость вскоре стала неистовой, отчаянная потребность друг в друге лишила их возможности продлить пьянящие минуты, спустя которые желание достигло пика.

Когда тела их наконец слились, Мэлди изо всех сил вцепилась в Балфура. Она пыталась еще глубже принять его в себя, исступленно встречая каждую яростную атаку. В то мгновение, когда ее тело сотряслось от мощи освобождения и Мэлди выкрикнула имя возлюленного, по телу Балфура пробежала дрожь, а крик его вторил ей. Мэлди смежила веки и крепко прижала Балфура к себе, силясь продлить удовольствие, которое они только что доставили друг другу, ослепительный восторг, в мгновение ока рассеявший страх и неуверенность.

Рассудок потихоньку возвращался, и Мэлди ощутила прохладу вечернего воздуха. К ней вдруг пришло мучительное осознание собственной наготы. Она поспешно села и натянула сорочку. Впервые с тех пор, как они стали любовниками, Мэлди почувствовала острый укол стыда. Они позволили страсти одержать над собой верх, бросить их в объятия друг друга, когда между ними осталось еще так много недосказанных слов, нерешенных затруднений и вопросов, не нашедших ответа. Она вспомнила, что не знает даже, почему он отправился за ней. Теперь, когда утих жар в крови, Мэлди испугалась, что серьезно ошиблась в суждениях. Отведав напоследок страсти, не заглушить боль разбитого сердца, а именно это ждет Мэлди, если Балфур пришел лишь за тем, чтобы переспать с ней.

– Думаешь обо мне самое плохое, не так ли? – спросил Балфур, сев и завернувшись в плед. – Поверь на слово, любимая, я бы не пустился в столь долгий путь лишь для того, чтобы немного поваляться на травке, как бы это ни было приятно.