Жена бросила Эрлинга в 1912 году и забрала с собой сына.

— Уехала в неизвестном направлении, — добавил Андре. — Эти Скогсруды имеют обычай исчезать неизвестно куда.

— И, что еще хуже, люди, о которых мы говорим, члены рода Людей Льда.

— В этом мы полностью убедимся, когда узнаем о судьбе Эрлинга.

— Помещен в дом для душевнобольных за жестокость или, как сказали они, за подлые действия.

— Ив этом кроется нечто весьма важное, что следует взять на заметку: послушным ребенком он не был никогда, но внешне выглядел очень красивым, и девушки засматривались на него. Но повзрослев, он стал меняться. В худшую сторону.

— Подобно Сёльве, — согласился Хеннинг. — Точь-в-точь, как Сёльве.

— Да, но у него изменился не только характер, но и внешность.

— У Сёльве глаза пожелтели, когда он стал взрослым.

— А Эрлингу досталось гораздо больше. Из молодого красивого человека он стал превращаться в ужасное создание. Как его описывали дамы?

— Они не могли сделать этого, сами они его не видели, а знали лишь по слухам.

— Но мне кажется, он отмечен проклятием рода Людей Льда, — задумчиво произнес Андре.

— Да. Из психбольницы в Гаустаде он сбежал несколько лет тому назад. Как они предположили, направился за границу, не так ли?

— Он убежал на войну. И это можно себе довольно легко представить, учитывая его жестокий характер. Поскольку первая страна, в которую он отсюда попал, Германия, то воевал он, видимо, на стороне немцев. Это только предположение, точно мы не знаем.

— Но сейчас он мертв? — спросил Хеннинг, который не все понял из разговора с дамами.

— Да, они так сказали. Пал на западном фронте.

— Да-с. Но во всяком случае теперь ветвь Эммы Нурдладе для нас не представляет загадки, не так ли?

— Конечно. У сына Эммы и Кнута был сын Эрлинг, у которого в свою очередь родился сын Кнут, которому сейчас семь лет. Думаю, что мы можем вычислить эту линию полностью.

— Замечательно, — вздохнул Хеннинг. — Единственное, что нам необходимо сделать — отыскать жену Эрлинга и ее маленького сына Кнута.

— Именно. И это будет не так просто, если она попыталась скрыться от своего жестокого мужа. Она могла даже сменить фамилию.

— Нам следует узнать ее девичью фамилию и откуда она родом. А Эрлинга мы можем определенно отбросить, не правда ли?

— Он пал на войне. И я могу сказать, что вздохнул с облегчением, узнав об этом. Не думаю, что он понравился бы нам.

— Согласен! О, дорогой, сколько людей направляется на Липовую Аллею! А я надеялся сегодня в полном спокойствии скорбеть о нашей любимой Малин!

— Ты можешь вернуться обратно, дедушка, мы справимся с поминками сами.