Ты сам дал мне статус вечного странника и сам приказал мне в один прекрасный день вернуть тебя в бодрствующее состояние.

— И ты изменил мне!

Странник снова начал играть на флейте. Протесты Тенгеля становились все слабее и слабее. Он впал в обморочное состояние, но тело его следовало за нежными звуками флейты. Он полетел, не оказывая сопротивления, когда Странник повлек его через горы и долины, мимо спящих деревень снова к пещере в Словении.

Там Тенгель Злой вынужден был опять занять свой тайный грот, расположенный вдалеке от мест, посещаемых туристами и спелеологами.

Но в этот момент он уже был таким ослабленным, что с радостью улегся на свое многовековое ложе.

Странник взглянул на него с горькой улыбкой на устах и вернулся на свой вечный сторожевой пост.

Эрцгерцог Франц Фердинанд в униформе, которая обтягивала его полнеющую фигуру, в каске с развевающимися перьями сидел в автомобиле во время церемониального проезда по Сараево. Его супруга, одетая во все белое и в шляпе, также украшенной перьями, сидела рядом с ним.

Он покручивал свои огромные навощенные усы, то снимал, то надевал длинные белые перчатки.

Эрцгерцог нервничал, но, естественно, не показывал этого приветствовавшей его толпе. Людей в ней было не очень много. Одни пришли по обязанности, другие же из любопытства — просто поглазеть на королевскую пару. Какого-либо теплого чувства к представителю императорского дома население этой части Австро-Венгрии не испытывало.

Франц Фердинанд знал, что существует опасность террористического акта. Но не послушал предупреждений посланника Сербии в Вене. Была ли это вера в свою популярность или в свое бессмертие, или лишь чувство долга, сказать трудно. Несмотря ни на какие обстоятельства, он и его супруга поехали в Сараево.

Шел двадцать восьмой день июня 1914 года.

Эрцгерцог инспектировал свои войска, дислоцированные в Боснии. После этого они направились на торжественный прием в ратушу."

"В толпе людей на улице находился и Гаврило Принцип. Он также нервничал, но по другой причине. Револьвер выскальзывал из его вспотевших рук. Герцогская пара ехала на автомобиле, а не в карете с лошадьми. Это весьма затрудняло выполнение задачи.

Но отступать уже было поздно.

Кортеж был в пути. Сейчас нужно…

Да!

Его товарищи выполнили свой долг, дальше на улице взорвалась бомба. Кто-то крикнул, что ранен один офицер. Наступила очередь Гаврило.

Автомобиль приблизился, но проскочил мимо слишком быстро. Эрцгерцог видимо был перепуган.

Его супруга в ужасе крикнула:

«Франц! Бедняга истекает кровью!»

Он сквозь зубы, так чтобы никто не слышал, произнес:

«Молчи! Мы едем дальше, как будто ничего не произошло».

Но во время церемонии в ратуше он был очень взволнован. Все советовали ему обратно ехать другой дорогой.