К тому же Даррел умеет быть очень убедительным, а кое-какие связи в высших кругах, которыми так кичился мой братец, вовсе могут поколебать неподкупность следователя.

Ванесса замолчала, пытаясь отдышаться. Было видно с каким трудом ей давалось каждое слово, но я молчала, помня о ее не то просьбе, не то приказе. Лестер, конечно, тот еще ворчун, только госпожа Мират сильно ошибается, подозревая его в продажности. Не думаю, что ему нужны связи профессора Шинару.

– Я умру раньше, чем наступит новый рассвет, и живых свидетелей у следствия тоже не будет. Если только ты не поможешь мне сохранить все воспоминания в кристалле памяти.

Кристаллы памяти были довольно дорогостоящим удовольствием, и их себе мог позволить отнюдь не каждый житель. Но дело вовсе не в стоимости, а в том, что для сохранности воспоминаний нужно потратить очень много сил.

– Вы не выдержите, – покачала головой, рассматривая бесцветный кристалл в своих руках.

– Если только ты мне не поможешь.

Посмотрела на нее, пытаясь найти в этом потухшем взгляде остатки здравомыслия, но, кроме решимости, ничего не увидела.

– Вы умрете, – предприняла еще одну попытку образумить ее, но женщина лишь выдавила кривоватую ухмылку и с ехидством поинтересовалась:

– Думаешь, я не знаю об этом?

Знает, конечно, знает, только...

– Вы умрете сейчас, если решитесь заполнить кристалл памяти.

Ванесса нервно взмахнула тонкой костью и не скрывая раздражения, произнесла:

– Я знаю. Все знаю. Но... – голос дрогнул, и ей пришлось сделать несколько отрывистых вздохов прежде, чем продолжить говорить:

– Но умирая, я буду уверена, что он ответит за смерть Мики.

Аргумент, против которого бессмысленно спорить.

– Вы так мне доверяете?

В вопросе прозвучал вызов, которого там вовсе не должно было быть.

– Я слишком хорошо разбираюсь в людях, – только и бросила Ванесса.

Но насчет Лестера она все же ошиблась...

– Хорошо, – кивнула медленно и дрожащими руками протянула ей кристалл."

"Она накрыла его слабыми ладонями, а я поверх ее положила свои. Камень вспыхнул мятным цветом и стал пульсировать, отсчитывая рваные удары сердца госпожи Мират. Я щедро делилась силами, но их уходило слишком много. Ванесса была слишком слаба и практически высасывала из меня все, что я способна была отдать.

Мгновение, еще одно, и перед глазами почернело. Я настойчиво мотнула головой, пытаясь таким нехитрым способом привести себя в чувство, но, вместо хотя бы временного облегчения, почувствовала, как запястье обожгло болью.

Ладони госпожи Мират ослабли, кристалл погас, а я пошатнулась и без сил опустилась на стул. У едва заметной дорожки вен чернело клеймо клятвы. Матушка Мики позаботилась о том, чтобы я исполнила ее последнюю просьбу.