Ты же не кровный родственник, я не могу просто взять и…

Эйнар закатил глаза и внезапно одним резким движением ушел под воду, обрывая мою запинающуюся речь на полуслове. Впрочем, долго задаваться вопросом, что вообще происходит, мне не пришлось, потому что дракон вернулся и сунул мне в руки невзрачно серую ракушку жемчужницы.

Я вопросительно посмотрела на ректора и под поощряющим взглядом раскрыла створки.

— Я предлагаю тебе выйти за меня замуж, Тереса.

…на перламутровой внутренности раковины покоилось ажурное колечко, сверкающее бриллиантовыми капельками.

— А это — та самая вещь, которую, я надеюсь, мы отсюда заберем.

Я почему-то всхлипнула и повисла у дракона на шее.

Эйнар подхватил меня на руки и вынес на берег, где я решительно поняла, что воде я все же предпочитаю сушу. А еще…

— Все же заниматься любовью на золоте совершенно не романтично! Посмотри, я теперь вся в синяках. Даже на попе синяк!

— Зато он с королевским профилем, — хмыкнул Эйнар, с удовольствием разглядывая упомянутую часть тела.

— Отлично. Теперь меня казнят за оскорбление короны.

— Верни академию, и я клянусь своим хвостом — никто ничего не узнает.

— Так ты все подстроил, ящерица коварная!!!

…впрочем, нет. Вода-суша… с этим драконом я была согласна даже на кладбище!

* * *— Алвис!

Черный дракон обернулся и остановился, увидев приближающегося ректора.

— Что-то случилось?

— Да. Я хотел уведомить тебя как двоюродного пра-пра-пра-пра…

— Заткнись.

— …деда Тересы, что твоя двоюродная пра-пра-пра… короче, внучка приняла мое предложение руки и сердца.

Темный сморгнул.

— Ты сдурел, что ли? Ладно у меня выбора не было, а ты-то куда по собственной доброй воле лезешь. Ты хоть знаешь, что она с меня требует?!

Бронзовый утешительно похлопал сородича по плечу.

— Погоди… — оживился Алвис. — Если она выходит за тебя, значит ее дети будут людьми, но при этом отойти роду мужа не могут за неимением такового. Значит, они будут в первую очередь наследовать, значит…

— Не отпустит, — Эйнар оборвал на полуслове воодушевленную речь.

— Почему?

— Ты способен наделать детей быстрее, чем она. Да и вообще… какой дурак выпустит из рода по воле случая угодившего туда дракона?

— А какой дракон сунется в такой род по собственной доброй воле?

Эйнар помолчал, сделавшись вдруг задумчивым, а потом произнес мысль, которую, наверное, только сейчас сформулировал:

— Она восхищает меня. Человечка, маленькая еще по сути, юная, слабая. Тьма с ним, с родом, сама по себе она же хрупкая, как цветок. Но железа в ней на пятерых драконов хватит.

Черный содрогнулся."

"— Типун тебе на язык, дай Тьма, чтобы только на двух!"