Лука медленно направился к ней. Улыбка смягчила резкие черты его красивого худощавого лица.

— Не вспомню, когда в последний раз надевала платье и…

Лука подошел совсем близко, и Корделия забыла, что хотела ему сказать. Он был невероятно привлекателен. Теперь она чувствовала запах его кожи, согретой теплом позднего лета, видела рельеф крепких мышц на его груди и плечах. Он всегда знал, что острые моменты в их отношениях можно сгладить одним прикосновением.

В ту секунду, когда он находился слишком близко к ней, она, казалось, не принадлежала самой себе. Она могла быть сердитой, подавленной или просто расстроенной, но ее тело неизменно изгибалось навстречу ему, как растение, обращенное к солнцу в поисках жизненных сил.

— А как же те танцы, на которые, по твоим словам, ты ходила?…

— Танцы?

— Ну, те, в деревенской ратуше?

— Многие нашли любовь всей своей жизни на этих танцах, — улыбнулась она. — Возможно, если бы носила платья вместо брюк, и я была бы одной из тех, кому повезло.

Лука опустил глаза. Он не произнес ни слова, и у Корделии возникло внезапное желание подтолкнуть его к чему-то большему, чем тактичное молчание, но какой смысл?

Все останется таким, как есть.

— До того, как ты отвлек меня этим платьем, — сказала она, — я собиралась сказать тебе, что ты просто не знаешь моего отца.

Лука посмотрел на нее с недоумением. Но она не спешила уточнять. Ждала, пока он сам поймет. Он ощутил внутри непривычное волнение, не свойственное ему сопереживание.

— Ты имеешь в виду, — медленно произнес он, размышляя на ходу, — что он так же, как и ты, нервничает из-за того, что сегодня вечером будет присутствовать на благотворительном вечере?

— Именно это я и имею в виду.

Лука облегченно вздохнул. Он обхватил ее лицо ладонями и с пониманием взглянул в глаза."

"— Вы были единым целым на протяжении многих лет, и я уверен, он просто боялся что-либо менять, так как прошлый опыт научил его, что даже короткая разлука может закончиться трагедией. Но теперь связующие нити разрезаны, и не удивляйся, обнаружив, что он более стоек, чем ты думаешь. Скажи, не высказал ли он каких-либо возражений относительно поездки сюда?

— Пожалуй, нет. — Она пожала плечами.

— Это подтверждает мою точку зрения.

— Просто ему было неприятно жаловаться по телефону. Но это не значит, что он действительно хочет быть здесь. Он будет опустошен, когда я ему скажу… то, что должна сказать.

— Мы могли бы сообщить эту новость вместе, — предложил Лука, и она рассмеялась.

— Ты имеешь в виду, как счастливая влюбленная пара, которой мы не являемся? — Корделия пожалела об этих словах, как только они слетели с ее губ. Едкие и саркастичные. Горькие.