Нервные шаги Луки вызывали у нее головокружение."

"— Я тебе не верю, — наконец сказал он, подтащил стул к дивану и сел в поле ее зрения, будто собрался вести допрос. — Не может быть. Мы… были осторожны. Мы предприняли все необходимые меры предохранения. Это не может быть правдой.

Он смотрел на нее, и Корделия почти видела, как работает его мозг. Она не удивилась, когда он прямо спросил:

— Это уловка, чтобы вытянуть из меня деньги? Если это так, то ничего не получится.

— Мы опять к этому вернулись, да?

— Фальшивая беременность — самый старый трюк.

Но она не лгала. Корделия была до боли честная, и, если она проделала этот путь, чтобы сказать ему, что носит его ребенка, значит, это его ребенок.

Его мир трещал по швам.

— Помнишь тот первый раз? — спросила Корделия. Она слишком устала, чтобы спорить с ним о том, притворяется она беременной или нет.

— Я помню.

— Мы были на пляже. Ну, тогда мы не были особенно осторожны, не так ли?

— Я… Господи… я… Мы… Нет, я рисковал. Я рискнул. — Он покраснел, заново переживая каждую секунду этого умопомрачительного опыта. Он был так возбужден, а она лежала там, соблазнительная, как сирена, и он думал… что все обойдется.

Нет, это ложь. А правда состояла в том, что он вообще не думал. Ее тесное горячее лоно, невероятная эрекция, невозможность контролировать возбуждение — и он взорвался внутри ее.

— Ты появляешься ни с того ни с сего… Естественно, я бы хотел получить подтверждение…

Корделия пожала плечами:

— Зачем мне было ехать сюда, чтобы лгать тебе? И это притом, что все легко опровергнуть? — Она вздохнула и опустила глаза. Головокружение прошло, и впервые с тех пор, как она узнала, что беременна, в голове у нее прояснилось. — Произошедшее между нами было ошибкой, — тихо сказала она. Лука был так невероятно красив, что Корделия с трудом заставила себя оторвать от него взгляд, чувствуя, что разум пытается вовлечь ее в жестокую игру-путешествие по волне памяти, чего она не хотела позволять. — Ты ворвался в мою жизнь, и я думала, что это начало перемен. Экстраординарный характер обстоятельств, которые привели тебя в наш дом, и тот факт, что ты был… ты отличался от всех и всего, что я когда-либо знала и видела, — все это подрывало принципы, по которым я раньше жила. Я жаждала приключений, и вдруг появился ты, совсем другой, но в чем-то очень на меня похожий. Такой близкий и открытый. Признаюсь, мне было немного грустно, когда ты уехал, Лука… — Она сделала паузу и глубоко вздохнула: — Не могу сказать, что мое достоинство совсем не было затронуто… но не настолько печально все складывалось, чтобы мне понадобилось немедленно устремиться сюда в попытке соблазнить тебя снова и заставить вступить в отношения.

Лука нахмурился.