– А пятно? С пятном как?

На секунду я призадумалась, потом махнула рукой:

– Будет вам пятно, какое оно было, коричневое?

– Черное.

– Ну так поехали!

– Куда?

– В супермаркет «Перекресток».

– Зачем?

– За краской.

На стеллажах в хозяйственном отделе стояло неимоверное количество коробочек, баночек и флаконов.

– Нам не сюда, – вздохнула Лиза, – а вон туда, в краски для волос.

У полок скучала продавщица. Я порылась среди тюбиков и спросила:

– Черная краска есть?

– Конечно, вот там в корзине, ее нечасто берут, – словоохотливо затараторила девушка, – только зачем вам черный? Очень старит. Лучше светло-русый…

– Нам кролика красить, – объяснила Лиза, – скажите, эта краска подходит для грызуна?

Продавщица уставилась на девочку во все глаза.

– Понятия не имею, а зачем кролика красить?

– Сложно объяснить, – ответила я.

– Купили сплошь белого, – радостно пояснил Костик, – а нужен с пятном на ухе.

– А-а-а, – затравленно протянула девушка.

– Берем эту, – решительно заявила я, хватая «Бель колор», – вот написано: «Для чувствительной кожи и нежных волос, без перекиси, стойкий эффект, плюс бесплатные перчатки».

Дома мы завернули крольчонка в толстое махровое полотенце, оставив снаружи только голову с нервно вздрагивающим носом и длинными ушами. Несчастное животное, очевидно, решило, что попало в руки к сумасшедшим, потому что сидело тихо-тихо, не издавая ни звука.

Очень аккуратно, кисточкой для акварели мы нанесли на розовенькое ушко черную кашицу и выждали двадцать минут. Затем для пущего эффекта вымыли всего грызуна детским шампунем.

– Класс, – завопил Костик, – как две капли похож, только меньше!

– Не беда, – ликовала Лизавета, – дядя Олег старый, не заметит!

– Вот что, – приказала я, – тащите лже-Яшку к Рябовым, посадите в клетку да заприте снаружи, чтобы не сбежал, а настоящего похороните у нас на участке, у забора.

– Ты, Лампуша, позвони дяде Олегу, – попросил Кирюшка, – ну поболтай с ним о здоровье, о том о сем, чтобы ненароком он не заметил, как мы этого несем.

Минут двадцать я выслушивала жалобы генерала на жару, высокое давление, шумных детей и полное отсутствие аппетита. Наконец ребята прискакали назад и заорали:

– Порядок, сидит как миленький, мы купаться идем!

– Поздно уже.

– Ты чего, Лампуша, – загундосил Кирюшка, – полдня упустили из-за кролика, измучились, ну отпусти…

– Ладно, но чтобы в двадцать два ноль-ноль сидели на веранде.

В доме наступила пронзительная тишина. Рамик, наказанный за разбой, убежал в сад и лежал теперь под кустом жасмина; Рейчел тоже предпочла остаться на свежем воздухе и раскинулась в тени большой старой ели, под столом, на котором дети играют в пинг-понг. Мопсихи залегли на диван, кошки устроились на подоконнике.