Хозяйка заохала:

– Как же, сыночек, прямо так, вмиг!

Но Витя моментально собрался и поволок два чемодана на выход.

– Книжки забыл, сынок! – крикнула бабка.

– Потом заберу, – откликнулся бывший жилец, – на днях вернусь.

Уже сев в электричку, я злобно подумала: «Ну погоди, директриса, Людмила Григорьевна, завтра тебе мало не покажется».

На террасе, очень расстроенная, сидела Ребекка.

– Что-то случилось? – испугалась я.

– Понимаешь, – вздохнула Бекки, – Нора выпросила у следователя свидание с Николя, простояла длинную очередь в тюрьме, а когда подала паспорт, ей сообщили, что Николай не хочет никого видеть.

– Почему? – изумилась я.

Ребекка пожала плечами.

– Думаю, ему просто стыдно, если только это слово здесь уместно. Небось не может матери в глаза взглянуть; бедная Нора так плакала, сердце разрывалось. Она очень нас любит и мечтала, как мы будем все вместе жить круглый год в Алябьеве.

«Дом преткновения», – пронеслось в моей голове.

– Только мечта рассыпается на мелкие осколки, – продолжала печально Ребекка, – Николя в тюрьме, да еще Тамара! Представляешь, она явилась к маме и заявила, что Света имеет право по закону на часть дома, и если Нора не хочет продавать особняк, то она должна выкупить Светкину долю.

Со двора послышался шум мотора. Ребекка глянула во двор и быстро сказала:

– Только при Вене не надо на эту тему, хорошо?

– Эй, девки, – заорал антрепренер, – вы дома?

Войдя на террасу, он выкрикнул:

– У вас что, ремонт? Окна нет, дверь на улице валяется.

– Это мебель привозили, – пояснила я.

– А-а, – протянул Веня и сунул мне в руки пару пакетов, – давай чайку попьем.

Мы мирно сели вокруг стола, вытащили из кульков зефир, мармелад и конфеты «Коровка». Вениамин Михайлович теперь остерегается приезжать к нам с бисквитно-кремовыми тортами.

Разговор мирно тек вокруг бытовых проблем, а минут через пятнадцать мне стало казаться, что Веню и Бекки связывает какая-то тайна. Они бросали друг на друга быстрые взгляды и старательно беседовали о мебели. Все это мне не слишком понравилось, и я напрямую поинтересовалась:

– Веня, что случилось?

– Пойду посуду помою, – подскочила Ребекка и выскользнула в кухню.

Но звона тарелок не послышалось. Бекки просто затаилась у раковины.

– Видишь ли, Лампа, – забормотал Веня, – я Ребекку раньше не знал, а теперь понимаю, что ошибался. Мы тут пообщались… но ты не волнуйся, я все устрою, есть задумки…

– Да объясни, что случилось.

– Ну мне предлагали на роль Алевтины раньше дочь академика Славина, – вздохнул Веня, – очень настойчиво. Пришлось согласиться, просто руки вывернули, прямо изнасиловали. Ну и, конечно, как только Славин умер, понимаешь?"

"Я кивнула, конечно.