Да и кому подобное придет в голову? Зачем адептам ползать по стенам, рискуя жизнью и целыми костями?

Незачем, если вы не хотите узнать то, что вам знать не положено. А я вот хотела, поэтому уже не впервые гуляла по краю, заглядывая туда, куда заглядывать нельзя.

Свою северную башню я уже изучила и сделала вывод, что интересного в ней мало. Рядом со мной проживали такие же адепты-«стекляшки».

Аметисты и рубины селились в других башнях, и их секреты меня волновали гораздо больше. А самое заветное мое желание – забраться в комнату Дамира. Конечно, у Норингтона была квартира в городе, где он и проживал, но все же пару раз инквизитор ночевал в Кастеле. А это значит, здесь есть его личные покои. И мне страсть как хотелось в них заглянуть. Хорошо бы Дамир держал в своей комнате нечто ужасное и секретное, что дало бы мне хоть какое-то оружие в нашем противостоянии.

Я улыбнулась, хватаясь крепче за выступы. Успокоила дыхание. Что ж, тренировки и спарринги оказались не так уж бесполезны, похоже, я и правда стала сильнее.

Еще раз глубоко вздохнув, я подтянулась, забрасывая себя на первую перекладину. И поползла наверх. А добравшись, перевалилась через парапет и свалилась на ровную площадку. Выпрямившись, я мгновение смотрела на Кастел с высоты башни. Черный шпиль замка устремлялся вверх и казалось, протыкал само небо. Но витражи остались внизу, как и осуждение смотрящих с них инквизиторов. И это меня приободрило. Улыбнувшись, я ступила на стену, соединяющую северную башню с восточной. Такая стена тянулась между всеми башнями, заключая Кастел в кирпичную рамку. Острые пики возвышались на стене через каждые пять шагов, так что двигалась я предельно осторожно. Перебравшись на восточную башню, я немного отдохнула и поползла дальше – на южную, с другой стороны замка. Луна уже взошла над Кастелом, а это значит, в замке началось занятие для полноправных инквизиторов, то есть отмеченных красным аксельбантом. Лекторные залы, архивы и библиотека, а также столовые и кабинеты наставников находились в замке, а в башнях располагались личные комнаты.

Свесившись с парапета южной башни, я некоторое время рассматривала стену. Лестницы здесь не оказалось. А парапет выглядел еще более узким, чем тот, по которому мне уже довелось прогуляться. И на уровне третьего этажа блестели в свете луны жутковатые изогнутые копья. Я сглотнула. Если я просчитаюсь, то рискую напороться на одну из них и стать бабочкой, наколотой на булавку! Боюсь, даже лаваторий мне тогда не поможет!

Зато слева виднелось открытое окно! Кто-то оставил распахнутую створку, решив насладиться весенним воздухом.

Решив не думать о блестящих наконечниках, я повисла на краю крыши. Качнулась – раз, другой. Третий – еще сильнее. И разжала ладони.