Проклиная все на свете, кляня себя последними словами, я встала, взяла телефон и набрала номер школьной приятельницы.

Гореть мне в аду, но бабушку придется отправить в дом престарелых.

– Оль?

– Привет, Мия. Как дела? – зевнула.

– Я тебя разбудила?

– После суток в диспетчерской отоспаться не могу.

– Я по делу, надолго не задержу. Твоя тетка еще занимается домом престарелых?

– Да, а что? Неужели ты решила бабку сплавить? Наконец-то!

– Оль, я это делаю от безвыходности. Есть места?

– Ты же знаешь, дом всегда переполнен. Очереди. Но тетка придерживала одно-два места на такой случай. Разместить можно, но не общих условиях. Официально, мест нет, поэтому деньги прямо в личную кассу тетки. Дороже обойдется! – назвала сумму.

– Я согласна. Только мне срочно надо! Прямо с утра чтобы бабушку разместили. Хозяйка потребовала квартиру освободить, – объяснила, не вдаваясь в подробности.

– Докинешь за срочность? Можем сами откуда надо забрать.

Я вздохнула, но согласилась. Мои накопления на «самый черный из всех черных дней» грозили растаять совершенно без всякого следа! После того, как размещу бабушку, у меня на руках копейки останутся.

Или нет… Хозяйка квартиры еще должна вернуть так называемый «депозит» за сохранность квартиры, который взымала в начале. Но вернет ли, вот большой вопрос. Она же считает, что бабушка ей всю квартиру провоняла.

Ладно, с этим разберусь уже завтра, а сейчас надо договориться! Мы обсудили детали, я пообещала, что деньги будут. Кажется, все, одна проблема решена, нужно только вещи Ольги Петровны сложить в сумки. Но вдруг подружка выдала:

– Мия, как посредник, я тоже свой интерес хочу.

– Сколько, Оль? – я даже возмущаться не стала.

– Дело не в деньгах.

– А что же ты хочешь?

– Сережки. Гранатовые, – уточнила подруга.

В горле встал горький ком! Олька была неплохой девчонкой, но в некоторые моменты она демонстрировала мелочность и злопамятство, как сейчас.

Я сразу поняла, о каких сережках шла речь."

"Они достались мне от мамы. Мама умерла от рака еще когда мне было года четыре. У меня от нее всего и осталось, что несколько фото и воспоминания, как она прихорашивалась на свой последний день рождения и надевала эти самые сережки.

В горле запершило.

– Оль, это серебряные сережки. Камень не самый чистый. Может быть, даже не гранат, а подделка… Давай я тебе цепочку золотую отдам с кулончиком и несколько золотых сережек? Состояние идеальное, не лом!

– Нет, – отчеканила. – Хочу те самые сережки.

– Ты все из-за того придурка Олега Барановича из параллельного «Б» класса дуешься, что ли? – изумилась я.