В доме испуганно заорала Матрена, полицейские ударом распахнули дверь, оттолкнули причитающую служанку. Лейба не отставал, пытаясь остановить хоть кого-то из визитеров. Он бросил растерянный взгляд на вышедшую из дома Евдокию и, увидев вдруг рядом невысокого худощавого пана в цивильной одежде, зацепился за него.

— Нижайше прошу вас, пан офицер, объясните бедному Лейбе, что вы хотите найти в его нищенском доме?

Худощавый мельком взглянул на него, на ходу бросил:

— Тебе лучше знать, что мы хотим найти!

Соня набросила на себя какую-то кофту и побежала вниз по лестнице. По пути ее чуть не сбили с ног трое полицейских, направляющихся в спальные комнаты. Девочка посторонилась, пропуская ночных гостей, и поспешила в гостиную, откуда раздавался грохот.

В гостиной Лейба и окружившие его испуганные женщины растерянно наблюдали, как во всю старались полицейские. Те выдвигали комоды и сундуки, били посуду, переворачивали вверх дном мебель и даже ломали ее, искали что-то под матрацами, под дощатым полом, в темном подвале. Соня, прижавшись к старшей сестре, ждала окончания кошмара. Матрена изредка вырывалась вперед и возмущенно водружала какую-нибудь вещь на место.

— Почто машете лапами?! Убирать, небось, мне придется! Чтоб вам гореть в огне!

Соня стояла рядом с Фейгой, не сводя с происходящего глаз.

— Панове, прошу вас! Не надо делать бедлам! — кричал Лейба, мечась между полицейскими. — Кто даст мне денег на ремонт? На чем будут спать мои несчастные дети? Не надо ломать мебель, панове! Не крушите стены! Скажите, что ищете, и я вам все выложу на блюдечке, панове!

На него не обращали никакого внимания, пару раз сильно толкнули, а худощавый полицейский ударил его так, что Лейба отлетел к своим детям.

— Вот, — жалостливо объяснил он высокой Фейге, — твой отец обращается к ним, как к людям, а они бьют его, как скотину.

— Так они сами ведут себя как скотина! — не выдержала Матрена.

— Сейчас же замолчи! — прикрикнул на нее Лейба.

Соня придвинулась к отцу, одними губами спросила:

— Они что-нибудь найдут?

Отец бросил на нее испуганный взгляд, едва заметно отрицательно повел головой. К ним тут же быстро подлетел худощавый господин.

— О чем ты спросила у папы, девочка?

Соня молчала, глядя на пана большими немигающими глазами.

— Она спросила, — вмешался Лейба, — может ли отлучиться по-маленькому.

— Я не пана спрашиваю, а панну. Что панна сказала своему папе?

Соня молчала.

— По-маленькому она хочет, — снова вмешалась Матрена. — По-маленькому, пан офицер!

— Матрена! — взорвался Лейба.

— Ой, не орите вы на меня, если полицейских испугались, — отмахнулась та.

— Пан начальник, — подала голос Фейга, — оставьте ребенка в покое.

— Не мешайте, пани. Я веду допрос.

— У вас дети есть? — не отставала Фейга.