Кажется, что между предложениями, которые произносят они с мамой, умещаются целые часы.

Сегодня, когда Вера ковыряет вилкой горошек на тарелке, кто-то звонит в дверь. Бабушка поднимает брови, мама пожимает плечами. Бабушка с мамой могут разговаривать без слов, потому что очень хорошо знают друг друга. А у мамы и Веры тишина не такая: они молчат, потому что, наоборот, совсем друг друга не знают. Мама идет открывать, и как только она скрывается из виду, Вера набирает полную вилку горошка и прячет под себя.

– О, ты как раз к обеду! – Мамин голос полон воздуха и света.

– Я не могу остаться, – отвечает папа.

Вера застывает, чувствуя, как горошины лопаются под бедром. После Того Дня она видела папу только один раз. Он пришел в больницу с большим уродливым плюшевым медведем. Все время, пока отец разговаривал с ней, держа ее за руку, Вера представляла себе ту леди, которая вышла из ванной, словно была у себя дома. Вера не понимала, почему женщина принимала душ в середине дня и почему мама заплакала. Зато почувствовала, что все это нехорошо окрашено. Словно бы кто-то взял синий и черный мелки и принялся возить ими как сумасшедший не по бумаге. Иногда Вера представляла себе такую мазню, когда родители ссорились, а она лежала в кровати и слушала.

Отец входит на кухню и целует Веру в лоб:

– Привет, Печенюшка! – Он, как и мама, делает вид, будто не разглядывает Верину спину. – Как поживает мой Тыквенный Пирожок?

Вера смотрит на отца, не понимая, почему он все время дает ей прозвища, связанные с едой.

– Господи боже, Мэрайя! – говорит бабушка, вставая. – Зачем ты его впустила?

– Ради Веры… Я не могла не впустить.

– Ради Веры! – фыркает бабушка. – Конечно. – Она подходит к Вериному отцу с таким видом, будто собирается ему врезать, но в итоге только тычет его пальцем в бок. – До свидания, Колин. Ты здесь больше не нужен.

– Милли, перестаньте, пожалуйста.

Появляется мама с тарелкой в руках и мурлычет:

– Ну вот, никаких проблем…

– Мэрайя, я не могу остаться. Я тебе уже сказал.

– Это же просто обед…

– У меня другие планы.

– Ты мог бы их отменить. Это хорошо для нашей до…

– Меня Джессика ждет в машине, – отрывисто говорит отец. – Теперь понятно?

Вера, напуганная голосом отца, бросается к бабушке. Мама бессильно опускается на стул. Горошинки с тарелки, которую она держала, рассыпаются по столу, как крапинки по ткани. Отец смешно шевелит нижней челюстью, потом наконец произносит:

– Я просто хотел увидеть дочь. Извини. – И, дотронувшись до Вериного плеча, он уходит.

– Господи, мама! Ну разве тебе обязательно было это говорить?

– Да! Потому что ты этого не сказала!

– Мне твоя помощь не нужна! – Верина мама хватается за голову. – Тебе лучше уйти.

Вера начинает паниковать. Ей тоже не хотелось, чтобы отец сюда являлся.