Собака лежала, вытянув лапы, на ее морде застыла гримаса ужасных мук, а язык вывалился и посинел.

— Ее отравили, — сделал вывод Густаво, указав на клочья пены вокруг рта бедняги. — Похоже, что те, кто поджог деревню, сначала отравили собак каким-то очень сильным ядом. Это собака погибшего Арила… Она успела оттащить щенков в безопасное место и умерла, а тела остальных собак, сгорели при пожаре.

Ничего не оставалось делать, как забрать щенков с собой. Они притихли на моих руках, и казалось, уснули.

— Вот вам еще забота, — усмехнулся Густаво, а я с нежностью посмотрела на сопящих крох и сказала:

— Мальчишки будут в восторге.

Пусть дают им имена и учатся быть ответственными.

— А что вы хотели увидеть в деревне? — вдруг спросил Густаво и я честно призналась:

— Мне хотелось посмотреть — можно ли отремонтировать дома. По-моему можно, да? Починить крыши, вставить рамы.

— Вы что, собираетесь отстраивать деревню?! — на лице мужчины отразилась вся гамма чувств, которые он испытывал. — Донна, это стоит огромных денег!

— Что же это за хозяйка, которая не заботится о своих людях? После работы человеку нужно возвращаться в теплый, уютный дом, тогда и трудиться он будет с душой.

А это нужно нам всем, не так ли?

— Мне порой кажется, что вы не юная девушка, а умудренная опытом сеньора! — рассмеялся Густаво. — Удивительно, как это все в вас сочетается!

— Вы же сами сказали, что это наследственное, — тоже засмеялась я. — От отца!

Марко и Матео были на седьмом небе от счастья, увидев щенков. Они тут же утащили их на кухню, чтобы покормить, а когда вернулись, заявили, что щенков зовут Чикко и Пеппе.

У Чикко было темное пятнышко на лбу, а у Пеппе — темный кончик на пушистом хвостике.

Они, как привязанные бегали за близнецами, и сразу стало ясно, что эта дружба навсегда.

* * *— О, моя дорогая! Как же я рада тебя видеть! — Франческу было не узнать. Ее надменное, высокомерное выражение лица сменилось на радостное и восхищенное. — Николетта, детка!

— Я тоже рада видеть вас, тетушка! — молодая, красивая девушка с большими миндалевидными глазами, опушенными длинными ресницами и ямочками на розовых щечках, бросилась в ее объятия.

— Сколько мы не виделись? Год или больше?

— С позапрошлого Рождества, милая, — вздохнула Франческа, прижимая к себе племянницу. — Ты стала еще краше!

— Мне нетерпится узнать о предстоящем празднике! — Николетта окинула недовольным взглядом слуг, которые носили ее вещи от экипажа к дому. — Какие нерасторопные! Тетушка Франческа, вам стоит быть с ними построже!

— Шевелитесь недотепы! — рявкнула на них тетка и снова принялась улыбаться племяннице.