Но дураки среди московского наёмного люда давно перевелись, и первым делом начали наводить справки. Откуда, ла где живёт, и в принципе хватило бы одного факта проживания в квартире генеральского дома на Храмовом бульваре, а тут ещё и дом в очень непростом месте, да орден… В общем московские ватажники только посмеялись над нанимателем, категорически отказавшись связываться с таким непонятным деятелем.

— Но ты смотри, этот деятель, Виктор Ковалевский, он конечно найдёт кого-то обязательно. Соблазнит деньгами или ещё что… — Добавил Зубатов.

— Я тоже умею играть в эту игру, товарищ генерал-лейтенант.

 — Владимир улыбнулся. — Забраться к нему на виллу, да подвесить за шею, пока не помрёт. Вообще без проблем. А можно нанять пару команд сыскарей частных или дать денег сыскарям государевым, и они поделятся материалами. А на него, я уверен, целая куча всякого неприятного. Ну а после решить вопрос с прокурорскими да, засадить его в Сибирь навечно. У меня ещё много идей. Так что это пусть он не расслабляется. Подобные действия для меня — это прямое объявление войны, а на войне всякое бывает. Бывает, что и тот, кто мнит себя охотником становится дичью.

— И такое случается. — Григорян кивнул. — Помню как-то гонял в нейтральных какой-то бешеный японец, нашу рыболовную шхуну. Те конечно на всех частотах орут, помощи просят… А мимо как раз проплывала наша подлодка из «Золотой серии». А у них ничего мельче шестьсот пятидесяти миллиметров в принципе нет. Ну, капитан и скомандовал торпедную атаку по узкоглазому. Естественно, что торпеда, рассчитанная на утопление полноценных полутора тысяч тонн[1], просто порвала пятисотник в клочья, оставив только пятно масла.

Японцы долго разорялись, грозились как всегда, но, когда к их берегам стали подходить корабли Первой Тихоокеанской эскадры, утухли, и не отсвечивали. А рыбаки после отдарились. Накормили подплав[2] крабовым мясом, и редкой рыбкой.

Когда официанты внесли блюдо с медвежатиной, генералы лишь переглянулись, но спокойно разделались с угощением под некоторое количество водки, и когда пустую посуду унесли, Владимир наконец-то озвучил своё предложение.

— Я хочу начать крупное дело, которое в перспективе будет иметь выход на вооружение и критические технологии. Но прежде чем строить дом, нужно заложить опору и угловой камень, от которого пойдёт вся стройка. И если всё сделано правильно, то здание будет стоять. В нашем случае, опорой я вижу участие нескольких серьёзных мужчин, в качестве руководителя разведки, руководителя внутренней безопасности, сиречь контрразведки, и конечно же начальника охранных отрядов, и вообще всей силовой части.