– Ты-то наверняка пробовал все, что только можно.

— Все я пробовал с тобой, с остальными оттачивал мастерство.

— И ты считаешь, мне должно быть приятно? Может, ты уже выйдешь и перестанешь напомнить мне о худших годах моей жизни.

— Ну, во-первых, скорее всего у тебя по договору возникнут вопросы. А во-вторых, – он усаживается в кресло для посетителей и закидывает ногу на ногу. – Для меня это были лучшие пять лет .

Глава 8. Диана

— И я должна после этих слов поплыть? — поднимаю я брови, имитируя удивление.

— Ну как минимум поинтересоваться причиной.

— Была бы у меня вещь, готовая в любой момент выполнить любую прихоть, то конечно я бы тоже считала время, проведенное с ней, лучшим. Так что…. Причину я знаю, — опускаю взгляд в договор.

Читаю бегло, но становится ясно, что в следующие пять лет продвижением препарата, а значит, клиники, названной в честь него и бренда в целом, занимается «ГеоФарм». Его руководство имеет право не просто вмешиваться в дела клиники, но и менять персонал, осуществлять смену стратегии развития, а самое получать прибыль в размере 70 % от дохода. И руководителем проекта конечно является Артур Левицкий, правая рука Истомина Валерия Петровича, президента ГеоФарм.

— Семьдесят процентов?! Артур, это незаконно!

— Ну почему, вполне. — Он продолжает покачивать ногой, внимательно за мной наблюдая. И я не знаю, что сейчас у него в голове, хотя можно и догадаться по взгляду. Пофиг ему на договор. Ему хочется надо мной поиздеваться. — «ГеоФарм» вкладывает, он должен что-то получать.

— Как Виталий мог на это согласиться? И дело ведь даже не в том, что я просила его этого не делать, он же видел цифры. Ты ему угрожал?

— Он-то как раз видел все цифры. Ты листай дальше. Примерный план по доходам, если «Оламин» выйдет на уровень страны, а потом и всего мира.

И, конечно, он прав. Суммы, о которых идет речь, космические. И, конечно, тридцать от этого невероятно приятно, хотя Виталий мог бы побороться и за больший процент.

— Будь на месте Виталия ты, не смирился бы с тридцатью. — И зачем я это вслух произнесла.

— Ну, — усмехается придурок, вставая с кресла. — Будь я на месте Виталия, ты бы вчера кончала не от сообщений. — Он зачем-то обходит меня сзади, и я не выдерживаю напряжения.

— Мне нужно работать, — выхожу из-за стола, чтобы открыть ему дверь и выпроводить уже. А он вместо того, чтобы подойти, уселся фривольно в мое кресло.

— Принеси-ка мне кофе. Нам еще многое нужно обсудить насчет договора и твоих обязанностей.

Я терпеливая. Моя давнишняя подруга даже назвала меня терпилой, что вполне заслуженно. Но есть грань. Есть предел, когда даже терпилы могут стать убийцами. И Артур, очевидно, решил ее нащупать. Поиграть.

— Что? Ты охамел?! — уже не сдерживаюсь.