Она такая замечательная.

— Ну что ж, если это пекло меня сожжет, у тебя всегда есть шанс достать огнетушитель и сказать коронное: «А что я тебе говорила».

Алена сотрясается от смеха, и мы вместе поднимаемся на второй этаж, где из-за одного из столиков нам уже машет Мелисса.

Официант приносит нам бутылку вина, которое разливает по двум бокалам. Мне апельсиновый сок. Мы болтаем о том о сем, кушаем, но из головы не выходит история Мелиссы. Нет, Артур никогда меня не бил и не насиловал, просто иногда казалось, что у меня создалась зависимость от психологического давления с его стороны.

Но спрашивать об этом в присутствии Алены я не хочу. Дожидаюсь, когда она выйдет в туалет.

— Мелисса, а что, потом Юрий никогда не совершал поступков, — как бы выразиться, — из-за которых вам бы хотелось с ним разойтись? Пай-мальчик и вы все забыли?

— Никто никогда ничего не забывает, Диана. Ты всегда будешь помнить все плохое. Но порой это надо отпустить, если ты хочешь двигаться дальше, а не буксовать. А насчет твоего вопроса… — она отпивает вина и усмехается. — Да, был момент, когда я хотела не просто с ним расстаться, а убить. Он выкрал нашего младшего сына, чтобы не подумали, что он предатель.

— Как это?

— Ему нужно было сделать вид, что его прессуют так же, как и его партнеров, как я понимаю.

— Потому что на самом деле прессовал он? — Я вспоминаю разговоры Артура и Никиты. Но никогда бы не подумала, что для этого будет использоваться невинный ребенок.

— Точно.

— О чем вы тут болтаете? — возвращается  Алена. — Слушайте, место шикарное. Но сколько пафоса. Больше не придем сюда.

Мы с Мелиссой смеемся. И больше никто не заводит тяжелых разговоров. Просто обсуждаем, на какой фильм сходить, какую коляску купить и в каких цветах раскрасить детскую. Но когда все блюда съедены, бокалы выпиты, а девушкам звонят их мужчины, я еще не собираюсь. Я слышу вибрацию телефона, знаю, что Артур уже в городе, но не готова с ним разговаривать. Потому что диалог с Мелиссой не покидает моих мыслей, даже когда мы смеемся.

Все-таки зря я с ними встретилась. Ведь была готова почти пустить Артура в свою жизнь. В жизнь своей девочки.

— Ты не идешь?

— Я останусь, Ален. Хочу немного… Поесть.

— Ну понятно. Артур-то звонил?

— Уже полчаса наяривает.

— Ну, значит, скоро и сам придет. Мне кажется, мужики всегда знают, где мы. Словно маячки на нас висят.

— Учитывая, кто они такие и в какой опасности постоянно находимся мы, это и неудивительно. И даже хорошо. Отдыхай, дорогая, — целует меня Мелисса, и Алена следует ее примеру.

— Обязательно напиши мне. Одна в такси не садись.

— Все, ""мамочка"", беги.

Они оставляют меня одну, а я заказываю себе черный чай с блинчиками и долго мешаю пару ложек сахара, смотря как падает снег за окном.

И снова вибрация.