— Ну как скажешь, — откидывается она в кресле, вздыхая, отчего ее блузка чуть ли не лопается. Диана замечает мой взгляд и прячет грудь за пиджаком. Кстати, гораздо более свободным. Я его еще не видел.

— Новый?

— Что?

— Пиджак. Он не подходит к юбке и великоват в плечах.

— Артур. Давай ты свою внимательность будешь на других тренировать. Если у тебя все, то мне нужно поработать. — Она нажимает кнопку селектора, но я накрываю ее ладонью. Одно касание, но меня как током бьет. И я знаю, вижу, чувствую, что и ее пробирает. Она сглатывает, облизывает губы. Хочет руку вырвать, но я требовательно сжимаю ее ладонь, продлеваю эти мгновения, жадно пью, как после тяжелой тренировки.

— Артур, отпусти. Я просила… — почти шепотом. Глаза в глаза, но так недолго.

— Не утруждай своих администраторов враньем, я уже ухожу.

Отрываю руку, словно отрезаю ее по локоть. Но фантомные ощущение никуда не деваются.

— Кстати, — открываю двери. — Тебе нужно сегодня появиться на суде.

— Что? Ты говорил, обещал…

— Я лишь сказал, что постараюсь. Но прокурор задаст тебе вопрос о внезапно пропавших лаборантках. Такие наверняка были.

— Допустим. Но это было не здесь.

— Разумеется. Это происходит не каждый день. Нужно сообщить об этом. Суд в одиннадцать. Встретимся там.

— Артур. — Она окликает меня, и я снова лицом к лицу с ней, пусть и на расстоянии. — Если ты, как утверждаешь, защищал меня, почему не предупредил насчет нее?

Глава 38. Артур

— То есть ты бы поверила бывшему, которые внезапно приехал к тебе в Германию?

Она вздыхает и поджимает губы.

— Я, может, и не поверила бы, но точно стала бы осторожнее.

— Что тоже плохо. Ведь она бы заметила это. Ты бы начала нечаянно следить за ней, спрашивать, стала бы раздражать ее.

Диана смотрит на меня, почти не моргая. И только венка на шее выдает работу мысли.

— Бесишь.

— Я рад, что ты задумалась об этом. Дав ей возможность тебя контролировать, я уберегал тебя.

— Ты мог просто вывезти меня, — предполагает она, но вряд ли у нее самой возникла бы такая мысль. Скорее всего, опять версии Алены. Самсонову, что ли, позвонить, чтобы на поводок свою шлюху посадил.

— Да, и ты бы, конечно, поехала. Поблагодарила меняя, что лишил тебя работы, мужа, перспектив и еще отсосала в благодарность.

— Ты утрируешь.

— А ты опять не думаешь, а других слушаешь.

— И, конечно, это все не как не связано с тем, что ты готовишься к посту и собирался жениться?

— Связано, я не святой. Опять же, уберегал тебя от роли любовницы.

— Я бы никогда на это не согласилась.

— Ой ли? — вздергиваю бровь и выхожу из кабинета, бросив: — Жду в одиннадцать в суде.

Из клиники я почти вылетаю. Находясь с ней долго, начинаю беситься. Потому что вижу, что, несмотря на свое равнодушие, она ищет повод оправдать меня, ищет повод найти повод простить меня.