Толпа снова оживляется, но разговоры стихают быстро в ожидании.

Круг за кругом. Мне кажется, у меня сердце каждый раз останавливается. Они идут на бешеной скорости, но время будто останавливается для меня. Мне плевать на фотки, только бы Егор не пострадал.

А после четвёртого заезда машина Меляева приходит одна.

Ощущение реальности теряется, когда я жду секунду-две-три, но чёрная иномарка Вертинского так и не приходит.

Сердце замирает, и мне кажется, что воздух уже никогда не вернётся в мои лёгкие. Но тут я вижу свет ещё одних фар. Облегчение накатывает так резко, что колени слабеют и мне с трудом удаётся удержаться на ногах.

Вдруг Егор резко тормозит прям напротив нас.

— Сём, увези её отсюда, — быстро говорит другу даже не взглянув на меня и тут же даёт по газам, уже через несколько секунд скрываясь в темноте.

— Юль, ты слышала. Поехали, — Звягин поворачивается ко мне.

— Нет! Никуда я не поеду!

— Не усложняй. Он не просто так сказал, Юля. Неизвестно чем всё это закончится, если он проиграет. Нечего тебе здесь делать.

— Я даже слышать ничего не хочу.

Но, кажется, Звягину плевать. Он выполняет поставленную другом задачу."

"Пикает сигналкой своей машины, подхватывает меня за талию, чуть приподнимает и тащит к автомобилю. Я и опомниться не успеваю, как меня заталкивают в салон, с одной стороны приземляется Наташа, с другой Лиля, и через несколько секунд машина заводится. Всё происходит настолько быстро, что я прихожу в себя толком уже когда Семён выруливает обратно на трассу.

— Звяга, что за херня? Разворачивай.

— Успокойся, Юль. Потом с Вертом сами разберётесь.

Ни хера не лады, но бороться с друзьями хуже, чем с врагами. У меня просто не остаётся сил. Я сдуваюсь как проткнутый воздушный шарик. Просто откидываюсь назад и прикрываю глаза, пытаясь удержать слёзы страха и бессилия. Едем в тишине до самого общежития.

— Подожди его у нас, если хочешь, — предлагает Семён.

— Мы все подождём, — говорит Наташа.

Забираемся обратно в общагу тем же путём, что и пришли. Идти по железной крутой лестнице мне трудно, потому что она обморожена, а меня и так ноги не держат.

— Девочки, чайник на тумбочке, печенье в хлебнице, не стесняйтесь. Мне надо вернутся, — Звягин открывает дверь и пропускает нас в их с Егором комнату.

Мне нечего сказать. Что я ему скажу? Лишь смотрю, как он снова уходит, ободряюще подмигнув мне.

И начинаются долгие минуты ожидания. Девочки мониторят инсту, отслеживая сторис тех, кто там находится. Но, как на зло, никто ничего не выкладывает.