Мы ещё не поссорились толком, а я уже взопрела. Пришлось раздеваться. За этим занятием меня и застал Дельхарт. С неподдельным интересом пронаблюдал, как я стаскиваю дополнительный свитер в ограниченном пространстве, стараясь не зацепить ни одного датчика, и сворачиваю всё лишнее компактным рулоном, который после пристроила на коленях вместе с шубой.

Если придётся выскакивать из машины, лучше не забыть вещи.

— Дальше раздеваться не будешь? — с нескрываемым разочарованием уточнил Рис.

Я раздражённо сдула прядь со лба — всё ещё жарко — и повернулась к нему.

— Могу, но тебе вряд ли понравится увиденное, — честно призналась, вспомнив толстые, в две нити, подштанники. Одежда точно не для стриптиза.

Дельхарт наклонился непозволительно близко, так что наши лбы почти соприкоснулись, и проникновенно заявил:

— А ты проверь.

От его тона у меня по спине побежали мурашки. Или то были капельки пота?

— Похоже, ты храбрая лишь на словах, — покачал головой он, отвернулся и завёл мотор так непринуждённо, словно не давил только что аурой и не соблазнял голосом.

Я чуть не задохнулась от такой откровенной наглости.

— Ты серьёзно? — фыркнула я. — Вот так, на слабо, можно взять разве что неопытную малолетку. Мне не нужно никому ничего доказывать, тем более человеку, который в грош не ставит собственную невесту. Ты последний мужчина, перед которым я начну раздеваться!

— Да, как раз об этом я и планировал с тобой поговорить, — невозмутимо отозвался Дельхарт. — О наших отношениях и помолвке.

— Слушаю очень внимательно, — усмехнулась я, складывая руки на груди и устраиваясь поудобнее.

— Для начала хотелось бы знать, кто ты такая? И где Элис? — огорошил меня Рис, не отрывая взгляда от дороги.

У меня перехватило дыхание, сердце провалилось в пятки. В голове билась лишь одна мысль: «Как он узнал?»

— О чём ты? — выдавила я сипло.

Вопрос мне самой показался фальшивым донельзя.

— О твоём поведении, — пояснил Дельхарт обыденно, словно мы беседовали о погоде. — У меня есть досье на мою невесту, как, впрочем, и на всю семью Тиннер. Ты же не думала, что я женюсь, не изучив предварительно наследственность будущей жены?

— А, ну да, племенная кобылка, собственно, так я и предполагала, — пробормотала я, от растерянности не контролируя, что говорю вслух.

Вопреки ожиданиям, Рис лишь хмыкнул.

Он вообще, кажется, не злился, и это пугало сильнее всего.

Мы въехали в город, мимо замелькали разгорающиеся фонари. Стремительно темнело, но я не замечала этого, судорожно пытаясь сообразить, что именно рассказать. Про Мороза? Не поверит же! Просто о двойниках? А как я докажу, что Элис уступила мне место по доброй воле?

— Элис тихая, домашняя девочка, не привыкшая к шуму и повышенному вниманию, — продолжал Дельхарт.