– Значит, не отрицаете? – вырвалось в ответ.

У Дмитрия тоже дыхание вырывалось рваными свистами. Мощная мужская грудь под рубашкой каждый раз при вдохе живописно натягивала ткань. Так и хотелось дотронуться и провести пальцами.

Черт, от него исходил такой дурманящий флюидами магнетизм, что впору было начинать бояться потерять голову.

Ксюха, не смей! Только не он! Вспомни все, что говорили о нем Женька и Вика. Де Пейрак не тот, о котором стоит мечтать и кого можно заподозрить в банальном заигрывании."

"Его странные взгляды, сбившееся дыхание, выговоры и даже слежка не более чем обычная сдерживаемая ярость на нерадивого сотрудника.

В которой тебе чудится невесть что. Приди уже в себя и закатай губу!

– У меня достаточно смелости признать за собой определенные косяки.

""А выглядите, словно ревнуете!""

Но нет, этого я вслух не скажу. Я еще не настолько самоубийца!

– И ненавижу, когда врут, – хрипло добавил он, цепляя меня пальцами за подбородок. – Посмотри на меня, – приказал таким тоном, что я забыла на миг все свои огрызушки.

И не из-за страха. Нет. Просто такой бархатно-тягучий голос с прорезывающимися стальными нотками напрочь отбивает желание перечить,

пробуждая чисто женское начало и заставляя беспрекословно склонить голову, подчиниться.

Ощущая силу, мощь матерого самца. Мужчины.

– Не делай больше так, Ксюша. Я спишу это на первый раз. В виде исключения. С условием, что мои приказы впредь будут исполняться безоговорочно. Я ведь не требую от тебя невозможного, – чуть ли не в губы выдохнул де Пейрак, угрожающе-ласково растягивая слова.

Еще чуть-чуть, и я бы поплыла, утонула в его кофейных омутах, растворилась, если бы ощутимый запах перегара не ударил в нос.

Это и привело меня в чувство, заставив невольно скривиться, дернувшись назад.

От него не ускользнуло смазанное движение. Как и моя реакция, написанная на лице. Он отпустил, убрав руку.

Взгляд сразу стал колючим. Неприязненным. И тон сменился на ледяной.

– Ты меня услышала?

– Да, – коротко кивнула, отступая на шаг.

Сердце продолжало лихорадочно колотиться в груди. Сбежать. Успокоиться. Глотнуть свежего воздуха.

– Я могу идти?

– Нет. Я еще не дал задания на сегодня.

Спорить и доказывать, что я и вчерашние сегодня не успею разобрать, похоже, бесполезно.

Глава 14

А дальше наступил ад. Теперь я прониклась пониманием, почему Дмитрисевич даже за такую зарплату долгое время не мог найти работника на эту должность. И отчего так выла Вика. И даже зачем меня сюда пропихнула Женя. Все встало в ряд, давая полноценную картину.

Работать спустя рукава тут не получилось бы даже при огромном желании. К де Пейраку вереницей шел народ. Будто с цепи сорвался или очередь, наконец, прорвало. Он сам нервный, люди нервные, претензии необоснованные.