"

"— Во-первых, я собираюсь тебя накормить, — он взял у окна стул и подставил его к столу. — Во-вторых, нам надо решить вопрос с жильем. Конечно, если хочешь, можешь оставаться у меня, но, думаю, это будет не очень удобно. Вернее, совершенно неудобно. Для всех.

Ну точно, решил отдать меня на потеху всем остальным.

— В-третьих, и это самое главное, нам надо все-таки поговорить. Судя по твоим глазам, ты такого успела нафантазировать, что мама не горюй, — последнюю фразу джинн произнес таким серьезным тоном, что мне стало не по себе.

Да и как иначе. Одна, неизвестно где, во власти огромного страшного мужика, который с оружием управляется так же легко, как со столовыми приборами, и для которого в порядке вещей завалиться ночью в крови и жутких ранах.

Он меня пугал до дрожи под коленями.

— Садись, — снова указал на стул.

С этот раз я не стала сопротивляться и покорно села, сложив руки на коленях и стараясь не смотреть на стол. Мясо так вкусно пахло, что урчание в животе становилось просто невыносимым.

— Да ешь ты уже! — цыкнул на меня джинн. — а то сам буду кормить.

— Не надо! — поспешно отозвалась я и потянулась за кусочком мяса. Подцепила вилкой один, самый маленький и аккуратно перенесла на свою тарелку.

Хельм, как назло, никуда не собирался уходить и хмуро наблюдал за тем, как как я отщипывала маленькие кусочки и чинно их жевала, хотя больше всего на свете, хотелось схватить самый большой ломоть и грызть, урча от удовольствия. Глупо и смешно, но мне было стыдно выглядеть в его глазах невоспитанной, жадной до еды деревенщиной, поэтому продолжала манерничать, вплоть до того момента, как он флегматично произнес:

— Сейчас точно буду кормить, — и шаг ко мне сделал.

Я отпрянула от него, да так стремительно, что чуть со стула на пол не шмякнулась. Деревянная спинка протестующе заскрипела, а одна из ножек подозрительно поехала в сторону.

— Я сама! — и чтобы больше не провоцировать это чудовище, действительно схватила самый большой и сочный кусок и впилась в него зубами.

— То-то же, — Хельм удовлетворенно кивнул и отошел в сторону, ненадолго оставив меня в покое.

Теперь, когда я была с набитым ртом, чумазыми руками и подтеками на подбородке, было уже поздно строить из себя породистую барышню. Да и не была я никогда такой. Киара из деревни. «Внучка» толстой Мери и вечно пьяного Ормаса. Я не знала, как себя ведут эти самые породистые барышни, но одно представляла крайне четко — на сытый желудок бороться лучше. Надо запасаться силами. И если джинн так настаивает, то пожалуйста! Наемся! До отвала.

…Главное, чтобы не отравил.

Остановиться я все равно уже не могла. Мне было настолько вкусно, что я взяла еще один кусок, а следом еще. Положила большую картофелину, размяла ее вилкой и щедро полила растопленным маслом.