— Тиана сказала, что нужно совместить несовместимое, — смущенно произнесла я.

— Это как? — все взгляды обратились ко мне.

— Понятия не имею.

— Замечательно. Поди туда не знаю куда, принеси то, не знаю что. Ксан, давай рули. Ты самая догадливая из нас. Обратись к своей памяти предков и скажи, что нам делать.

— Это так не работает, — отмахнулась ведунья, — мне не хватает данных. Подсказка нужна. Какая-нибудь зацепка.

— Феечка, твой выход, — позвал огненный, — ты у нас спец по воплощениям желаний. Видишь, человек очень желает подсказку.

Вита крякнула и полезла в карман.

— Где моя палка-копалка. Вот она родимая, — фея весьма непочтительно обтерла свой артефакт о бедро, — ничего не гарантирую, но попробую.

Широким жестом взмахнула и зажмурилась. Раздался хлопок, в комнате запахло серой, и прямо на столе надулся огромный лиловый пузырь.

— Это что? — шёпотом спросила Элька и попятилась.

— Понятия не имею, — Вита, наоборот, подступила ближе и потыкала палкой в пузырь. Он дрожал, переливался, но не лопался, — судя по всему, подсказка.

— Ты уверена, что она должна выглядеть именно так? — Джер аккуратно прикоснулся пальцем. В том месте по пузырю пошли круги и какие-то невнятные изображения.

— Может, что-то важное покажет? — Нольд тоже подошел и бесцеремонно приложил всю пятерню. Пузырь тут же отразил какой-то зал, кучу людей и самого блондина, хмуро стоящего у стены.

— Это же отбор! Первый день, — удивилась Ксана.

— Причем здесь отбор?

— Ты просил важное. Он показал важное. Давайте-ка все вместе. Думайте про Хельма!

Когда каждый из нас приложил ладонь к лиловой сфере на ней заморгал калейдоскоп картинок. Ксана верхом на каком-то полосатом звере, ледяной маг почему-то в красном платье, Вита с оторванной ногой в руках. Я в слезах, а рядом бабка с дедом и желающие меня купит мужчины. Черные твари. Какая-то еда. Лошади. Замки. Леса. Горы. Все это кипело, бурлило, пока на конец не остановилось, оставив только один образ.

…Хельм стоял возле драконьего загона и улыбался. Той самой особенной улыбкой, ради которой я готова отдать все на свете. У меня сердце зашлось от боли. Грудь разрывало, раздирало когтями, но я продолжала смотреть на него, умирая от тоски и желания оказаться рядом.

— Вот он. Красавец, — недовольно заметил Нольд, — стоит, лыбится.

— Тихо ты, — цыкнула на него Ксана, — как нам его вернуть?

Снова закрутился вихрь непонятных образов.

Вдовье озеро. Центральные Делары. Пятиконечная белая звезда с красной сердцевиной. Ксана обнимает делар. Вита сидит на камнях и от нее в стороны идут белые нити. Толстяки катят по мосту огромный пончик. Лед. Огонь. Белый свет на ладонях. Зеленое пламя. Замороженная дверь, внутри которой замер огонь.

— Кто-нибудь что-нибудь понял? — озадаченно спросила Аравита.