— Да я головой отвечаю! Да и где бы напали, бро? В каком поезде? Маргарита к тебе всегда самолетом летала. В бизнес-классе. Билеты все есть в бухгалтерии. Можешь по датам сверить.

— Хорошо, разберемся, — вздыхаю устало. — Сейчас главное — на убийцу Лаймы выйти. И узнать, кто грохнул Ксению. Если эти два дела связаны, то картина вырисовывается неприятная.

— Кто-то под тебя копает, бро, — глубокомысленно заявляет Ефим.

— Ага. Истина, не требующая доказательств. Аксиома, бл. ть, — язвлю я и добавляю грубовато. — Нет, Фима. Ошибся ты, суслик сраный. Это Лайме мстили. Это ее разборки, — поднимаюсь из-за стола. Сжимаю кулаки и молюсь только об одном. Лишь бы удержаться и не вдарить.

— Отморозка этого ищи. Слышишь? — тычу пальцем в экран ноутбука. И неожиданно понимаю, что делать. — А прогони его изображение через поиск. Может, найдется что-то интересное в официальных источниках и социальных сетях.

На тяжелых ногах плетусь к себе. Стягиваю с плеч совершенно неуместную шелковую рубашку и прямо в джинсах падаю на постель.

Завтра похороны. Трудный день. Надо держать ухо востро. Расставить охрану и наблюдателей. Кого-то со стороны, чтобы враг не просек сразу.

— Рустам, — подорвавшись с места, звоню зятю. — Завтра с Лаймой прощаемся. Дай мне надежных людей, пожалуйста. Своих не хочу для наружки использовать. Враг, оказывается, все про нас знает.

— Без проблем, — тут же откликается он. — Хоть кто, ты понял?

— Фотка есть. Сейчас пришлю. А вот мотивы неясны.

— Разберемся, — роняет Рус сипло. — Теперь мы одна семья. Правда, это кое-кому не понравилось. Но нам же положить на это с прибором?

— Кому?

— Лене Шустрому, — усмехается зять и добавляет строго. — Но я Марго увезу на время. Непонятно, с чем мы имеем дело. И если удавка затягивается вокруг твоего горла, то для всех будет лучше, если Маргарита уедет из страны.

— Согласен, — цежу через силу. Злюсь, конечно. Сестра мне тут нужна. Но, похоже, выбора у меня нет. Теперь за нее Рустам решает. Она его жена и мать его будущего ребенка. Все логично.

А мне о своих позаботиться надо. О сыне и Оливии.

Глава 27

— Сделай мне кофе, — прошу Валентину после разговора с Рустамом. — И покрепче.

Вернувшись в кабинет, кошусь на Ефима, дрыхнущего на диване. Приоткрываю створку окна, закуриваю. Затягиваюсь и, глядя в темноту сада, пытаюсь понять, во что мы влипли. Хрень какая-то получается.

Отхлебываю кофе, снова закуриваю. Звоню Тиме Морозову, Леркиному мужу. И прошу глухо.

— Я хотел бы похоронить Лайму в Шанске. Можешь помочь?

— Да хоть завтра, — хмыкает в трубку мэр Шанска.

— Во сколько надо, Федор?

— Часа в два дня.

— Хорошо.

«Ну, вот и все, милая моя, — впервые с момента убийства обращаюсь к Лайме. — Будешь лежать в хорошем месте. В тишине.