Только бы не вспугнуть!

Оливия поднимает на меня наивные, чуть раскосые глаза, и я теряюсь. Впервые в жизни!

Так и стоим. Играем в гляделки. Но в сторону не отступаем. Ни я, ни она.

«Ее, как и меня, штырит», — осознаю на инстинктах. И прихожу в себя от зычного голоса Ефима.

— Ант, ты где? У нас проблемы!

Глава 15

— Как бомба? — выдыхаю в ужасе.

— Ну как! — разводит руками. — Обычное дело. Прицепили блин под днище Миника. Двигатель завели и жахнуло б.

— О, господи! — опускаюсь на диван. Сворачиваюсь в три погибели. В голове моментально прокручивается фильм ужасов. Вот Лайма вместе с Дамиром собралась ехать в поликлинику, или в парк…

«Я могла лишиться их обоих!» — инстинктивно оборачиваюсь на проем с аркой, за которым находятся детская и спальня Лаймы.

— Даже ребенка не пожалели бы, — лепечу, утирая слезы.

— Да я сам не пойму, кто такой упоротый выискался, — вздыхает Федор Николаевич. — Ладно, Оль, не раскисай, — добавляет мягко. — И без охраны не ходи. Лады?

— Д-д-да, — зубы выбивают рэп от страха.

— Ты собралась? Надо ехать. А то еще заловят нас тут…

— Кто?

— Да ну откуда я знаю, — тяжело выдыхает Анквист. — Видимо, товарищи серьезные нам в бошки целятся. Ну да я разберусь, Оль. Не парься. Или есть что сказать? — смотрит на меня строго.

— Н-н-нет, — снова блею как дурочка. Если уж Лайма ничего не рассказала, то я тем более должна держать язык за зубами. Да и откуда у наших родственников столько ресурсов?

Явно не они мстят. Мы им живые нужны. Что я, что Лайма…

Особенно, я. Кровь стынет в жилах, стоит только подумать.

— Оль, шевели булками, — отдает распоряжение Федор и, как обычно, утыкается носом в телефон.

Заскакиваю в ванную, умываюсь холодной водой и пристально рассматриваю себя в зеркале. Бледная, перепуганная… Но сейчас это нормально.

Вернувшись в спальню, складываю в чемодан свой небогатый гардероб, беру с полки несколько вещей Лаймы. Черные джинсы-скинни, свитер с блестками и несколько платьев. Утыкаюсь носом в самое любимое. Длинное черное с красной полосой по подолу. Ноздри щекочет знакомый и родной запах. Безумно взрывные духи от Эсеншиал смешиваются с марокканским маслом для волос. Микс свеже-пряного древесного аромата и шоколада с ванилью. Так пахла моя сестра.

Ассоциативная память срывает все замки и затворы с черного ящика, запрятанного в дальние закоулки сознания. Все то, что я тщательно прятала в последние годы, всплывает на поверхность, из всех щелей рвется наружу.

«Лайма, родненькая моя! — реву, прижимая к лицу платье сестры. — Как я без тебя? Я же не справлюсь!»

«Держись Федьки», — словно наяву слышу голос сестры. А из соседней комнаты доносится рев Дамира.

— Мама-мама, хоцю к маме!

Подрываясь с места, на ходу вытираю слезы и бегу к племяннику.