В ответ на мой недоуменный взгляд дер Варр тяжело вздохнул, а Розалинда погладила большим пальцем тыльную сторону его ладони. Ничего себе, я впервые увидела, как обменивались между собой эмоциями мужчина и женщина, если связь между ними крепка. Раньше я с подобным не сталкивалась. Папа на людях придерживался почтительной дистанции со всеми женщинами, за спиной которых про них обоих шептались слуги.

— Я обещал Элизабет, ну и твоему излишне расторопному папаше, что мы не посягнем на твои естественные инстинкты. Ох, черт, как же правильно выразиться…, — мужчина резко замолчал.

Папа не торопился ему помочь, но глазами призывал вмешаться госпожу дер Варр. Та подбирала слова не менее аккуратно.

— Эдмунд имеет в виду, что сначала надлежало проявиться твоим фамильным чертам. Таким как приливы энергии, умение контролировать стаю, если говорить про Кёнингов, или магическому потенциалу, склонности к наукам, как у Вольфдерлайнов. Например, я сильный интуит, а Эдмунд невероятно хорош в создании любых видов защиты… Твои родители не желали, чтобы ты сталкивалась с проявлением постороннего дара, пока не окрепнешь достаточно, чтобы следовать своему пути. Ну а мальчики — здесь все еще проще — нет такого волка, который бы не отдавал себе отчета, что объединение дер Варров с наследницей сразу двух Домов — и есть ответ на молитвы кланов.

Когда она замолчала, загорелись мои щеки. Вот, значит, почему два старших брата сейчас просверлят во мне дырку. Это объясняет настойчивое внимание Маркуса, когда он появился в нашем доме и хотел нащупать мой след. Тогда их ждет разочарование. Всех. Папа так старательно отказывался на меня давить, что мы до сих пор не представляли, какие же из семейных талантов я унаследовала. Я же подозревала, что ни одного.

В то же время во взгляде наследника дер Варров не было любопытства, настойчивости или расчета. У меня мало опыта, но, наверное, когда собираются завоевать девушку, глядят иначе. Маркус смотрел чуть ли не с испугом, опасаясь, что от таких вестей я запаникую и рвану обратно в карету. Или же рассыплюсь у них под ногами горсткой речного песка. И, несмотря на то, что полминуты назад меня посещали именно такие мысли, я чуть не засмеялась.

Я, Дариана Вольфдерлайн, а не кисейная барышня. Мой статус таков, что кандидатами в мужья , какими бы они ни были брутальными и мускулистыми, — и вот с такими трогательными глазами — меня не напугать. Сколько их еще будет? Колотящееся в горле сердце давало правильный ответ, но я старалась к нему не прислушиваться. Очи Маркуса засверкали, как елочная гирлянда. Он немного расслабился. Опять почуял. Дариана, соберись!"

"— Рудольф, позвольте мне сопровождать Дариану к гостям. Вам пора привыкнуть, что ее спутником станет другой мужчина, не вы.