Обо всем этом она успела подумать, пока остальные обрабатывали рану. Она не хотела смотреть туда.

Она смотрела, не отрываясь, на его красивое лицо. Ей хотелось утешить и успокоить его, если он вдруг проснется и ему станет больно.

Вряд ли она смогла бы описать словами свои чувства. Впервые в жизни ее сердце было настолько переполнено чувствами, что, того и гляди, могло разорваться. Слезы текли не переставая. Слезы счастья, слезы участия. Она старалась впитать в себя каждую черточку его лица. Она не осмеливалась прикоснуться к нему. Но если б не его больное плечо, она легла бы рядом на траву и положила бы голову ему на грудь. Этот человек вошел в ее душу, и они стали как бы одним существом. Она не знала, что случилось. Ей хотелось плясать, быть рядом с ним. Ей хотелось крикнуть так громко, чтобы ее услышал весь мир — посмотрите, что я обрела!

— Элиса, — как-то чудно улыбнулась Виллему. — Ты то плачешь, то смеешься. Что с тобой?

— Фру, я и сама не знаю. Все вдруг изменилось. Стало как-то по-другому!

— Да, мы теперь совсем в другом, незнакомом мире. — Виллему не поняла, что происходит с девушкой. — Все как-то нереально.

— Точно, — согласилась Элиса. Хоть они говорили каждая о своем, обе были правы.

— Меня очень беспокоит эта рана, — сказал Никлас. — Боюсь, придется резать. Доминик?

— Только не это, — заревела Элиса.

— Совсем чуть-чуть. А ты не смотри. Лучше наблюдай, не проснется ли он. Если он шевельнется, сразу же скажи. Даже если на лице дрогнет мускул!

— А-ага, — согласилась Элиса. Она была так горда! Вот и понадобилась ее помощь. Она помогает ему.

— Нам надо удалить немного ткани, — сказал Доминик Никласу. — Виллему, держи факел как можно выше, а я помогу Никласу.

— Факел скоро прогорит, — отвечала она.

— Я вижу. Расходуй огонь экономнее!

И они снова склонились над раной.

С холма закричали:

— Эй вы! Что вы там делаете?

Все переглянулись. Что бы такого сказать, чтобы удержать их на месте?

— Пробуем обработать его, — отвечал Никлас, что соответствовало действительности. — И не мешайте нам, а то он опять взъярится. Сейчас он несколько успокоился.

Доминик не удержался от улыбки.

Но Отчаянный не сдавался:

— Вы что там, вместе с ним?

Никлас ответил наудачу:

— Да, он взял одного из нас в плен. Мы ведем переговоры. Осторожнее, он снова начинает злиться!

Вдали все стихло. «Взял одного из нас в плен…» Как же он был прав!

— Дело затянулось, — в отчаянии воскликнул Никлас. — Теперь он может проснуться в любой момент!

Он взял острейший нож и накалил его над огнем. Виллему отвернулась. Она не могла смотреть.

Элиса не спускала глаз с лица чудовища. По телу прошла дрожь, лицо словно сжалось.

— Он просыпается, — шепнула она.

— Вряд ли. Скорее, он почувствовал боль.

— Да, наверно, так. Теперь все прошло.